— Везёт, как утопленнику, — бормотал он себе под нос. — Ей приспичило поднять хвост, и вся моя миссия в глубоком дерьме! Бежевый шкуру с меня сдерёт, если я облажаюсь с его западнёй!

Значит, за этим стоял Бежевый Адепт! Бэйн уже узнал кое-что ценное. Но чего ради ему преследовать Маша? Его дочь уже подтвердила подлинность личности Маша; она гналась за Бэйном.

Теперь он слышал поступь Флеты. Она неторопливо рысила сквозь высокую траву, подыскивая подходящее место. Вот она втянула в себя воздух. Лагерь находился по ветру от того места, где лежало тело Бэйна, и никаких случайных совпадений в этом не усматривалось. В том, что Флета шла именно сюда, — тоже. Кто пожелает провести ночь, вдыхая бриз, несущий с собой свежий запашок твоего навоза?

— Давай уже, кобыла! — с досадой бубнил Кручеух. — Топай к своему дружку, и пусть он впечатывает тебя спиной в землю до утра… а когда вернётся тот, другой, тогда уже зароем его мы.

Следовательно, ждали Бэйна и они, чтобы после обмена телами явиться тут как тут и поймать его. Именно такого рода предательства юноша и опасался.

Гоблины рассеялись по лугу, не оставив от недавнего лагеря ни следа. Но таким образом некоторые из них очутились за пределами магического защитного поля… Флета, с её обострёнными в облике единорога чувствами, должна была их почуять, но никаких признаков не подавала.

Она приблизилась к травянистой кочке, под которую заполз один из гоблинов. На мгновение казалось, что сейчас она его растопчет. Потом кобылка развернулась, устроилась поудобней — и справила естественную надобность прямо на его голову. Разумеется, громко выругаться тот не мог, иначе мигом выдал бы своё присутствие.

Довольная Флета направилась обратно к месту их с Бэйном ночлега.

Гоблины вновь занялись обустройством своего лагеря. Ни один из них не упустил шанса поострить над неудачливым собратом. Кризис миновал.

Больше Бэйн ничего важного не услышал. Но он уже понял достаточно. Его слежка оправдала себя!

Юноша вернулся в своё тело. Флета, снова обернувшаяся девушкой, лежала рядом с ним под плащом.

— Они готовят ловушку для Бэйна к его возвращению, — прошептал он. — За сим кроется Бежевый.

— Верно, Беата намерена приворожить тебя в тот самый момент, когда произойдёт обмен, и ты на мгновение останешься без защиты, — тихонечко отозвалась Флета. — В иное время им тебя не поймать. Когда Маш будет любить меня, а ты — Беату, они получат вас обоих.

— Верно, — согласился он. — Как же разрушить их план?

— Разве тогда они не зададутся вопросом, как ты проник в его подробности?

Отлично подметила!

— Но если план не расстроить, я попаду в западню и окажусь во власти Беаты. Долго она меня не удержит, но скомпрометирует непременно.

— Соблазнив тебя? — уточнила Флета.

— Вполне вероятно, — не желая развивать эту тему, пожал плечами Бэйн.

— Не знай я тебя так долго, подумала бы, что произнесённые тобой день назад слова были искренни, — сказала она.

Неужели Флета что-то заподозрила?

— Думали бы и враждебные адепты так же.

— Верно. — Ему почудилось, или её голос и впрямь звучал расстроенно?

— Но всё, что я говорил о твоём теле, — правда, — проговорил юноша. — Оно прекрасно.

— Верно. — На сей раз его слова достигли своей цели; девушка удовлетворилась.

Занятия любовью они возобновлять не стали; гоблины и адепты уже разглядели всё, что требовалось. Бэйн расслабился. Две вещи его обнадёживали, одна тревожила.