ОШИБКА! ВРЕМЯ ДЛЯ ИСТОРИЙ ВЫШЛО.

Один из слушателей поднялся.

— Кто вообще судит игру: мы или машина? — потребовал ответа он. — Разве мы не жюри? Мы можем услышать больше, если пожелаем.

— Да, и мы сами способны рассудить, пытается он получить большее количество голосов, жульничая, или нет, — поддержала его женщина.

Экран заколебался.

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ВОПРОС.

СЛУШАТЕЛИ РЕШАЮТ, ГОВОРИТЬ ЛИ УЧАСТНИКАМ ДАЛЬШЕ.

ВЫБЕРИТЕ ОТВЕТ ДА НЕТ.

— Вспыхнуло слово «ДА», потом — «НЕТ».

УЧАСТНИКИ МОГУТ ГОВОРИТЬ,

— согласился экран.

— Ладно, — кивнул Джимбо. — Тут у нас двое людей, которые, вероятней всего, скоро вылетят с Турнира вне зависимости от результатов этого конкретного состязания. Один может покинуть его в любое время; Турнир для него — лишь предлог улететь с планеты без каких-либо последствий. Другую стены Игрового Дворца защищают от угрозы, всё ещё нависающей над её головой. И, если она сумеет продержаться здесь какое-то время, возможно, беды удастся избежать. Поэтому, если бы голосовал я лично и испытывал трудности с выбором, думаю, я вышвырнул бы того, кому нечего терять, и подарил победу другой. Я не пытаюсь никого заставить голосовать определённым способом, просто показываю свой взгляд на сложившуюся ситуацию, и проклятая машина не может мне воспрепятствовать, не так ли? — И он отошёл в сторону, предоставив сцену Флете.

Она поняла, что настал её черёд говорить, но на ум ничего не приходило. Девушка просто стояла в свете прожекторов и чувствовала, как её лицо начинает таять, что, по-видимому, заменяло телу Агапы рыдания. Меньше всего ей хотелось стечь на пол перед всей этой публикой, так что Флета спрятала лицо в ладонях.

Мгновение спустя голосование продолжилось. Флета сосредоточилась, возвращая лицу прежние формы, и посмотрела на экран.

ФЛЕТА ДВАДЦАТЬ ТРИ ГОЛОСА,

ДЖИМБО ДВА;

ФЛЕТА ПЕРЕХОДИТ КО ВТОРОМУ РАУНДУ.

Джимбо взглянул на неё и улыбнулся. Девушка подбежала к нему, горячо обняла и расцеловала. Слушатели зааплодировали.

Внезапно она почувствовала себя тут, на Протоне, как дома.

До следующего матча оставалось два дня. Маш пришёл к ней после тщательной проверки у Игрового Компьютера на соответствие личности, и у них появилась возможность провести второй медовый месяц вдвоём, пусть и короткий. Флета наслаждалась познанием его настоящего тела; она полюбила его в теле Бэйна, а сейчас он предстал перед ней в своём истинном виде. Если удастся вернуться на Фазу, больше она настоящего Маша не увидит.

Наконец, объявили следующий раунд. На сей раз её соперницей стала молодая женщина с мрачным макияжем, и Флета поняла, что от неё щедрот ждать не придётся. Надо выиграть честно.

Ей снова попались числа, и она опять выбрала ИСКУССТВА. Девушка предпочла ИНСТРУМЕНТЫ, и в результате они оказались в ИНСТРУМЕНТАЛЬНЫХ ИСКУССТВАХ: Рисование, Скульптура, Костюмированная Драма, Декоративное Шитьё, Изображения с помощью кубиков, цветного песка, рисовых зёрен и так далее, Карточные Домики, Калейдоскоп и Музыкальные Инструменты.

Флета несколько расслабилась; в большинстве этих искусств она разбиралась. Уверенно играла и знала толк в музыке. Вторая девушка выглядела смущённой. В финале им всё же выпала музыка: каждой предстояло сыграть на своём инструменте. Конкурентка выбрала пианино, а Флета — свирель, её природный инструмент. В человеческом обличье она специально научилась высвистывать на ней чудесные мелодии. Задача была сложной, поскольку пальцам недоставало способностей рога, а ртом можно было выдувать ноты лишь поочерёдно. Двух тем одновременно не сыграешь. Справится ли она в чужом теле? Флета считала, что да. Они проследовали по линии к выделенной им комнате.

И снова их судили слушатели.