|
Так тот охотно передал им Предков. Сусаноо и Катерина оказались почти обескуражены тем, что все прошло без сучка и задоринки и, находясь в шаге от получения капсул, вдруг, откуда не возьмись, объявились серафимы. Каким образом они прознали про то место, да и про существование самих Предков и по сей день оставалось загадкой, но далеко не они своим появлением смешали все карты. Произошло нечто совершенно неожиданное. Одна из капсул Предка неожиданно открылась. Ее содержимое не увидела ни Катерина, ни Сусаноо, раскрывшаяся капсула вмиг посеяла панику в их сознании, но серафимы, ворвавшиеся в ангар, точно кучка варваров, не увидели в открытой капсуле угрозу – их невежество и незнание, кажется, впервые сослужило им хорошую службу.
– Так, – заканчивал свой небольшой экскурс Сусаноо, – мы и совершили роковую ошибку. Потеря Предка, как падающие доминошки, повели за собой целую цепь разрушений и неудач. Быть может, именно мы виноваты в смерти остальных Хранителей, – тут он вдруг умолк и вновь посмотрел на Гавриила с уже знакомым ему научным интересом. – Ты, кстати ничего не почувствовал, в момент их смерти? Бодрость? Необъяснимый прилив сил? – он повторял вопросы Мстислава, но, как и тот, в ответ получил лишь отрицательный кивок. Сусаноо обреченно поглядел на Катерину и пожал плечами. Гавриил тоже невольно перевел на нее взгляд. Катерина теперь казалась совершенно другой. От надменной, беспечной и поверхностной девушки, когда-то встреченной Гавриилом, не осталось и следа. Даже прежде нежный и интимный голос обернулся холодной ноткой расчета. Только безупречная красота ее никуда не делась, скорее наоборот, теперешняя Катерина казалась Гавриилу еще красивее, а ее идеально облегающее тело фиктримаго угольно-серого цвета, поблескивало серебром каждый раз во время ее изящных движений. Густые золотистые волосы, прежде доходившие до поясницы, теперь были собраны в длинную косу и напоминали хвост скорпиона. – Ладно наймит в порту, – начал Гавриил с трудом оторвав от нее взгляд, – но как Катерине удалось провести тебя? – точно прислушиваясь, Гавриил спросил Сусаноо. – Ты видел ее грудь? – Справедливо. – На самом деле, – Сусаноо заговорил о Катерине уже серьезно и так, будто ее и не было вовсе, – Катерина убедила меня задолго до твоего появления, я бы даже сказал задолго до твоего рождения, – иронично улыбнувшись, отметил Сусаноо. – Одержимая лживой мыслью о воссоздании нашей расы, Катерина убедила меня сначала в ее необходимости, а затем и в неизбежной, но не удавшейся краже Предка, – Сусаноо сильно сжал рукоять катаны в руке, – В этом, несомненно, есть и моя вина, наверное, даже в большей степени. Гордыня не давала покоя. Мысль о том, как я вознесусь в глазах сородичей, затмила рассудок и окутала собой здравый смысл. Но Катерина, – Сусаноо глядел на нее с явной ненавистью, но в то же время, восхищался ее коварством, – Катерина всегда мыслила как нельзя трезво и расчетливо. – Для чего? – все еще не понимая всей картины, спросил Гавриил, а Катерина немного гордо и, улыбаясь изгибами своего утонченного рта, гордо сохраняла молчание, хотела чтобы Сусаноо рассказал и признал все сам; он поник, ему явно надоело объяснять и постоянно раскладывать все по полочкам. – Виктор дарует тебе жизнь в обмен на мою смерть, так ведь? – за очевидностью ответа Сусаноо продолжил: – победителю полагаются все привилегии, статус, обязанности и возможности проигравшего. По идее тебя, Гавриил не должно было быть в уравнении. Вместо тебя должен был явиться Клим и отрубить мне голову, ну и поскольку, он в правлении не заинтересован, а делегировать мои полномочия среди остальных Хранителей – расточительство, да и теперь уже не возможно, наверняка, на очередном собрании Синклит бы сошелся во мнении, что бразды правления должна принять… Между Гавриилом и Сусаноо мелькнуло понимание, а взгляды сошлись на Катерине. |
