|
Поистине уродливо и в полной мере отвратительно выглядел Гавриил, но это его ни сколько не заботило. Куда более интересным он нашел следующее: оставшиеся пять отпрысков Сусаноо хоть и агрессивно направлялись в сторону Гавриила, но двигались они точно сонные мухи. Медленно. Неспешно. На секунду даже показалось, что можно детально рассмотреть изобилие слюны испускаемою ими во время движения. Сам же Гавриил подумал, что вот-вот лопнет от напряжения, но вопреки собственным мыслям чувствовал себя как нельзя лучше, сердце его билось со страшной, неудержимой силой, виски пульсировали, а в ушах стучало так, будто играл целый барабанный оркестр. Гавриил воспользовался ситуацией, сжав рукоять меча с такой силой, что показались белые костяшки на его кулаках. Он рванул вперед, устремив острие меча аккурат в медленно идущую на него тварь. Лезвие хоть и вошло с трудом, но проткнуло тело уродца насквозь. Гавриил повернул меч и сильным движением дернул им в сторону. Ошибочно решив, что с одной тварью покончено, Гавриил направился дальше, к оставшимся четырем, но как выяснилось, почти наполовину разрезанное в области поясницы тело лишь едва замедлило ее. Гавриил, ухватившись на шелковую рукоять катаны обеими руками, замахнулся и рубанул еще, на этот раз, по шее приложив больше сил. Голова уродца скользнула вниз, повиснув в воздухе, так и не достигла земли. Голова хоть и двигалась вниз, к полу, но делала это очень медленно, почти не заметно и создавалось впечатление, будто она находилась в невесомости. Почувствовав не истощаемый прилив сил и небывалую энергию Гавриил, смиренно остановился и выжидал, пока твари вновь не нападут. Уродцы продолжали двигаться все так же медленно. Это придавало Гавриилу все больше уверенности. Казалось, у него была вечность чтобы обдумать каждое свое движение, а обдумав – отточить его до совершенства еще до того, как враг подойдет на опасное расстояние. Гавриил целенаправленно выждал, пока уродцы окружат его с четырех сторон. Ему хотелось продолжать испытывать свои открытые возможности. Они атаковали, и в очередной раз одновременно. Некоторое время Гавриил наблюдал, как твари набрасываются на него с четырех сторон разом, будто рассчитывал свои дальнейшие действия и как результат – он без труда уворачивался от каждого удара, то наклоняясь телом, то змеей изгибаясь, поднимая одну ногу, затем другую, а иногда и вовсе подпрыгивая, но не атаковал в ответ. Пока еще нет. Рано.
Твари, по-видимому, соображали так же медленно, как и двигались, это чувствовалось по их движениям – невозможность попасть по Гавриилу или как-то задеть его явно приводила их неистовую ярость, в то время как Гавриил не мог нарадоваться своим возможностям и продолжал выкручиваться от многочисленных ударов уже с надменной улыбкой на лице. Аттракцион невиданного веселья. И он вот-вот станет еще веселее и, кровожаднее. Удачно подгадав момент, Гавриил рубанул мечом по руке одного, ноге второго, голове третьего, а четвертому повезло меньше всех – увлекшись, Гавриил разрубил его по диагонали от плеча до тазовой кости, одернул стальной клинок, и тело упыря развалилось надвое. Забавно, что и кровь старающаяся вырваться из их тел распространялась крайне медленно, почти застывая в воздухе. Безрукого и безногого Гавриил прикончил все так же хладнокровно, отрубив двумя точными движениями их головы. А вот упырю, разрубленному по диагонали, вновь пришлось окунуться в мучения, впрочем, ненадолго. Гавриил, упиваясь своей силой, не мог добить чудовище, но не потому, что в нем проснулась жалость – нет, вовсе нет. Гавриилу вдруг захотелось сделать это творчески, с блеском. Он осознавал, какой силой овладел, понимал и то, что почти без труда одолел шесть лучших творений Сусаноо, созданных из генов каждого Хранителя и крови, которая хранила в себе силу множества людей. От успехов, Гавриилу на секунду показалось, что у него началось приятное головокружение, но эти мысли он быстро отмел, заменив их следующим вопросом: убивать, просто отрубая головы – в некотором роде не так эффектно как казалось на первый взгляд. |
