– Так у тебя полно времени сделать все как нужно.

– Тебе не понять, – отмахнулся рукой Сусаноо. – Мы пытались выкрасть Предка. Одна только невинная мысль об этом будет стоить тебе головы, а нам… нам почти удалось, если бы не серафимы со своими глупыми идеалами. Возможно, сейчас ты бы лежал там вместо них, – Сусаноо вновь головой указал в направлении разрубленных тел. – А возможно тебя бы здесь и не было вовсе. В любом случае, – он развел руками так, словно ни о чем не жалел, – Виктор приговорил меня к смерти, а тебя послал разведать, узнать насколько успешным и сильным оказались плоды моего эксперимента, ведь так?

Сусаноо без труда прочитал утвердительный ответ по лицу Гавриила.

– Виктор всегда любил решать множество проблем одним махом и продолжает делать это весьма и весьма отменно, – продолжил Сусаноо. – Если бы я убил тебя, раскрыв тем самым все свои сильные стороны и возможности, Виктор непременно бы к ним подготовился, а затем послал Клима или еще хуже – явился бы сам. Моя смерть – единственный исход, Гавриил, вариативен он лишь тем, кто нанесет решающий удар.

– Почему ты счел меня угрозой? – в искреннем недоумении поинтересовался Гавриил.

Лицо Сусаноо вновь натянулось в изогнутой улыбке и сейчас оно походило на театральную маску.

– Меня в этом усердно убеждали и, как видишь, – он вновь вдруг устремил свой взгляд куда-то за спину Гавриила, – убедили.

На этот раз Гавриил не поддался инстинкту – не стал оборачиваться и искать глазами то, куда Сусаноо смотрел с такой любовью, с таким неподдельным желанием. Гавриил стоял смирно, едва опустив голову и прислушавшись, услышал постукивающий звук, почему-то ассоциировавшийся у него с чем-то неизменно приятным. Звук нарастал, и отдаленное постукивание сменилось резким цоканьем. Эти шаги, он не мог спутать ни с какими другими: их звук, интервал между ними все было идеальным. Катерина. Здесь? Но как? Зачем?

Гавриил едва сдержал себя от сжигающего его желания развернуться. Каждый миллиметр его тела взывал повернуться к Катерине и вновь увидеть ее неземную красоту, очарование и умопомрачительные очертания. И пока Катерина грациозно приближалась, Сусаноо продолжал, не сводя с нее глаз:

– Его зовут Гавриил, в силе и скорости, он почти не уступает Климу, а в битве он также яростен и неукротим. В одиночку он расправился с пятьюдесятью серафимами, похитившими капсулу, а те и глазом моргнуть не успели, как оказались в лужах собственной крови.

– И это мы еще переспать не успели, – глумливо отреагировал Гавриил на свою красочную характеристику, высказанную когда-то Катериной.

– Не задавайся, – произнесла Катерина своим бархатным голосом. Выйдя из-за спины Гавриила. Нарочно слегка коснувшись его, она встала подле Сусаноо и, обвив рукой его плечо, игриво пробарабанила по нему своими изящными ноготками. – Все это было сказано с одной единственной целью, – продолжала Катерина, не сводя глаз с острого профиля Сусаноо, – убедить его в реальности угрозы и мне это удалось.

Сусаноо с неким подобием улыбки побежденно кивал головой.

– Я сам хотел этого, – признался он, – понимал, чем все обернется, в случае неудачи, хотя и вызывающая самоуверенность Катерины определенно сыграла свою роль.

Они решили выкрасть капсулы Предка той, дождливой ночью, рассказывал Сусаноо, в порту Калининграда. Понимали риск и потому могли рассчитывать только на самих себя. Перехватить капсулы в море оказалось невозможным, что и вынудило их действовать уже на суше. Катерине каким-то чудом удалось убедить наймита в том, что Виктор в последнюю минуту изменил своим планам и поручил ей принять капсулы. Так тот охотно передал им Предков. Сусаноо и Катерина оказались почти обескуражены тем, что все прошло без сучка и задоринки и, находясь в шаге от получения капсул, вдруг, откуда не возьмись, объявились серафимы.