И все в этом плане у него проходило хорошо.

Уиллоу вела себя как самая настоящая сварливая баба. Когда Крис ничего не представлял собой, она с радостью согласилась развестись, но как только его дела пошли в гору, сразу же появился въедливый адвокат и посыпались различные претензии. Вот стерва! Да какое она имеет отношение к его с таким трудом заработанным деньгам? Крис не возражал против оказания материальной помощи своему сыну Во, но требования Уиллоу были просто чрезмерными. Ладно, даже на них можно было бы согласиться, если бы он на самом деле зарабатывал кучу денег. Но фактически все его заработки, за исключением гонораров от публикации песен, делились на четыре части, и это уже после того, как мистер Теренс отхватывал свой жирный куш в тридцать пять процентов. Да еще всякие расходы, включая разъезды, дорожных администраторов, звукооператора, осветителя, рекламу, костюмы, секретаря, телохранителей и так далее. И, наконец, эти грабительские налоги.

Честно говоря, Крис оставался почти таким же нищим, каким и был всегда.

С каждым днем он все больше и больше осознавал, что если они хотят заработать действительно большие деньги, то надо отправляться в Америку.

Мистер Теренс обещал, что как раз сегодня вечером среди публики будут присутствовать несколько крупных шишек из американских компаний звукозаписи. „Отлично, мы покажем им, на что способны, — решил Крис. — Продемонстрируем настоящий рок-н-ролл!“

— Кристофер! — воскликнула тучная женщина в лиловом платье с многочисленными воланами и рюшками. — Мне очень нравится твоя музыка.

— Крис, — поправил он, слегка отодвигаясь под ее бурным натиском.

— А… Но ведь это уменьшенное от Кристофера, мой дорогой мальчик. Я права?

Черт побери, кто эта расфуфыренная старуха?

— Нет, — ответил Крис, оглядываясь в поисках кого-нибудь, кто мог бы спасти его.

— У нас сегодня вечером небольшая вечеринка в „Аннабел“. Будет просто чудесно. Ты можешь присоединиться к нам?

„Аннабел“. Он слышал об этом месте. Самый шикарный ночной клуб Лондона, где собираются все богатые бездельники со своими пташками. Бывают и королевские особы.

„Аннабел“. Вот это да! Но только не с этой экстравагантной леди, которая вполне годится ему в матери.

— К сожалению, не смогу, — ответил Крис, подпуская в голос нотки огорчения. — Очень жаль, но я сегодня встречаюсь со своей мамой.

— Проклятье! — взвизгнула толстая леди. — Фенелла просто безумно хочет познакомиться с тобой.

— Что ж, тогда ей придется подождать, не так ли? — отодвигаясь от нее все дальше, Крис столкнулся с раскрасневшимся мистером Теренсом.

— Что она тебе сказала? — поинтересовался мистер Теренс, сгорая от любопытства.

— Кто?

— Леди Стивенсон.

— Это так ее зовут?

— Ну так что?

— Она хотела, чтобы я присоединился к ней в клубе „Аннабел“.

— Пригласила только тебя?

— Не знаю.

Мистер Теренс нервно хихикнул. Уж больно быстро „Дикари“ завоевывали популярность и могли в результате этого вырваться из-под его влияния. Он не знал, что делать, события развивались так стремительно. Мистер Теренс даже не сообщал им примерно о половине полученных предложений. Сейчас для „Дикарей“ главным была Америка, а он ничего не предпринимал в этом направлении, потому что, зная амбициозность Криса, предполагал, что если они уедут в Штаты, то уже никогда не вернутся.