Лос-Анджелес буквально потряс Бобби. Широкие, чистые улицы. Солнце и пальмы. Приветливые люди и сексуальная атмосфера, в которую, правда, Бобби не спешил окунуться после жутко активной подобной деятельности в Нью-Йорке.

Войдя в квартиру, снятую для него компанией „Блю кадиллак“, Бобби никак не мог поверить, что она предназначена ему. В конце концов, он ведь еще ничего не сделал, чтобы заслужить такие апартаменты. Но он заслужит. Вера компании в него непременно оправдается.

В течение нескольких месяцев он записывал альбом с самым лучшим продюсером и превосходными музыкантами в первоклассной студии, и это было самое прекрасное время в его жизни. Здесь не надо было, как в Нью-Йорке, постоянно смотреть на часы, потому что студийное время очень дорого. Здесь все было очень просто, царила спокойная атмосфера, все добродушно подшучивали друг над другом, слегка баловались таблетками. Бобби никогда не одобрял наркотики, ко, когда приходилось записывать поздно ночью, имело смысл принять что-нибудь тонизирующее.

Материал, подготовленный им для альбома, получился хорошим, и песни и аранжировка — все звучало прекрасно.

Находившийся в Нью-Йорке Маркус решил совместить в дуэте таланты Бобби и Шарлин. Бобби написал песню под названием „Крошка, я забочусь о тебе“, и Шарлин прилетела в Лос-Анджелес для совместной записи пластинки.

Выглядела она потрясающе, вся так и светилась, радуясь своим успехам. Шарлин сопровождала женщина-телохранитель, не отходившая от нее ни на шаг.

— Я так и не смогу побыть с тобой наедине? — пошутил Бобби.

— Зачем, милый? — ответила Шарлин, растягивая слова на манер южан. — Ты та-акой ба-альшой и ужа-асно симпа-атичный. Я просто не отвечаю за себя и боюсь оставаться с тобой наедине.

Шарлин провела в Лос-Анджелесе три дня, работая просто безукоризненно. Недостаток ее вокальных данных компенсировался той чувственностью, которую она привносила в исполнение. А потом она улетела в Нью-Йорк.

И вот тогда Бобби познакомился с Новой Ситроен. Таких женщин он никогда не встречал в своей жизни.

Нова Ситроен разъезжала в „роллс-ройсе“ с шофером, носила наряды самых дорогих и модных модельеров, только настоящие драгоценности и швырялась деньгами. Бобби был просто потрясен.

Однажды днем она неожиданно заявилась к нему на квартиру вместе с представителем „Блю кадиллак рекордз“, который моментально бросался исполнять каждое ее приказание.

— Я миссис Ситроен, — объявила она с легким акцентом, даже украшавшим ее речь. — Надеюсь, вы чувствуете себя удобно в этой квартире. Я сама выбирала ее и предпочла нескольким другим. Я намеревалась навестить вас раньше, но только недавно вернулась из Европы.

— Это вы нашли мне эти апартаменты? — удивленно спросил Бобби.

Она легонько улыбнулась.

— Квартиру, тренера, диетолога — все я. Надеюсь, они хорошо справляются со своей работой. Гм… — Нова прищурила свои изумительные фиалковые глаза, оглядев его с головы до ног. — Да, я вижу, что они отлично поработали, мистер Монделла… или мне можно называть вас Бобби?

Несмотря на свой неудавшийся роман с Шарлин, длившийся уже девять лет, Бобби отнюдь нельзя было назвать неопытным по отношению к женщинам. Они постоянно липли к нему, и он знал, как вести себя в подобных ситуациях.

Но эта женщина была совершенно другой. Она была настоящей леди. А кроме того, она — жена Маркуса Ситроена, а значит, недосягаема.

И все же она была безумно привлекательной.

— Да, пожалуйста, — ответил Бобби, глядя ей прямо в глаза.

— Благодарю вас.