— Привет, братишка! — поздоровался он с Аароном.

Медсестра жестами показала, чтобы мы держались поближе к кровати больного, и стала задергивать штору у нас за спиной.

— Ему ввели обезболивающее. На всех оно действует по-разному. — Оказавшись позади меня, она сурово добавила: — В вашем распоряжении всего несколько минут, и если из-за вас возникнут проблемы, я попрошу полицейских, которые сейчас здесь находятся, выставить вас отсюда под зад коленом. — И она удалилась, решительно задернув штору и полностью отгородив нас от внешнего мира.

— Ну ты даешь! — прошептала Кэссиди. — Едва здесь появилась и уже заработала такую репутацию.

— Спасибо, что пришли. Это так много для меня значит, — вдруг зафонтанировал Питер, будто принимал пришедших к нему на день рождения гостей, а не лежал на больничной койке с огнестрельным ранением.

— Питер, мы не забираем тебя домой.

— Почему? Заберите, пожалуйста! Я буду хорошо себя вести.

— Некоторое время тебе придется провести в больнице, — сказала я ласково.

— В этом нет никакой необходимости! Я уже чувствую себя гораздо лучше.

— Интересно, что он скажет, когда закончится действие болеутоляющего? — заметила Кэссиди.

Я почему-то чувствовала ответственность за то, что с ним приключилось, и во искупление решила сделать ему приятное.

— Мы можем позвонить, кому скажешь.

Питер неуклюже нащупал руку Аарона.

— Брат здесь, и это самое главное.

— Питер, прекрати валять дурака, — потребовала Кэссиди.

Питер перевел на нее затуманенный взор.

— Ты в курсе, что я ранен? Или ты это и сделала?

— К сожалению, нет, — сказала Кэссиди и повернулась ко мне: — Должна заметить, это серьезное заявление, Молли. Ты не зря проведешь здесь время.

Я жестом попросила ее потерпеть еще чуть-чуть.

— Питер, скажи, что ты хотел найти в квартире Ронни?

— Документы Пентагона, — снова не сдержалась Кэссиди.

— Пистолет, из которого стреляли в Гарта. И я его обнаружил. Правда, пришлось пожертвовать собой. — У Питера все заметнее закрывались глаза и заплетался язык. Силы, потраченные на то, чтобы очнуться от анестезии, быстро иссякали.

— Нет, это не тот пистолет. Ронни сразу же сдал оружие полиции. Он стрелял из пистолета девятого калибра, а Гарт убит пулей калибра семь и восемь десятых.

— Ну, тогда первоначальный план слияния. Кимберли говорит, его сильно изменили, и это вывело Ронни из себя. — Совершенно обессилев, Питер упал на подушки.

Я не сразу поняла, о ком идет речь.

— Ты имеешь в виду секретаршу? Племянницу Ронни?! Это и есть твой внутренний источник?

— А ты — моя самая любимая девушка. — Питер отпустил руку Аарона и, схватив мою, сжал крепче, чем казалось возможным в его состоянии.

— Очень приятно, — пробормотала я, пытаясь освободиться, но, как это бывает с китайской бамбуковой игрушкой-ловушкой, чем больше я старалась, тем сильнее он меня держал.

— Я люблю тебя, Молли! — Питер потянул меня за руку, пытаясь снова принять сидячее положение, но все кончилось тем, что я потеряла равновесие и почти ткнулась носом в кровать как раз в ту секунду, когда вошла Трисия.

— Мы не помешали? — спросила она с присущим ей апломбом.