|
Не знаю уж, зачем ей это понадобилось – то ли себя оберегала, то ли меня. И все таки Джилли мне всегда нравилась. Когда я узнала, что она в коме, это был настоящий удар. Она такая забавная, когда входит этой своей танцующей походкой: юбка развевается, волосы тоже, и в комнате словно светлее становится. Но мы сблизились не настолько, чтобы она посвящала меня в свои дела. – Короче говоря, ничего против Джилли с Полом у тебя до сих пор нет. Честно говоря, мне не верится, чтобы моя сестра имела что то общее с наркодельцами: она и ее муж – ученые, а не преступники, и они не будут изобретать наркотик, угрожающий здоровью. Скорее всего, ты заблуждаешься на их счет, по крайней мере насчет Джилли. – Я посмотрел на Лору, как удав на кролика, а затем спросил: – Так ты спала с Полом? – Нет. – Лора ответила, не задумываясь, но мне показалось, что мой вопрос задел ее. Картофелина, которую она только что успела нацепить на вилку, шлепнулась обратно в тарелку. – Я знала, что Джилли очень привязана к Полу. – Сестра все время повторяла, что ты предала ее. Я думал, что она имеет в виду супружескую измену, но, выходит, это не так. Стало быть, она догадалась, что ты из полиции? – Возможно, хотя как ей это удалось, ума не приложу. Скорее всего, виноват тот злосчастный вечер, тогда же и Полу стало все известно. Допускаю, что кто то из них связался с Молинасом, а уж этот господин на все способен. – Не хочешь ли ты сказать, что Джилли пыталась убить тебя? В это я ни за что не поверю. Скорее Молинас сам до всего докопался. Лора ласково погладила меня по руке. – Послушай, Мак, она вышла из комы и в тот же день исчезла, потому что чувствовала: мы подбираемся все ближе. Наверное, решила укрыться где нибудь. – В таком случае, почему Пол не исчез вместе с ней? – Не знаю. Я думала об этом, много думала. В последние два месяца Джилли была словно не в себе. Она постоянно говорила о сексе, о том, что раньше не понимала, как это здорово. Не то чтобы раз другой обмолвилась – стоило ей начать, и она уже не могла остановиться. Вообще она стала как то странно себя вести, постоянно сбивалась с одного на другое, никого вокруг не замечала. – Ставила на себе эксперимент с наркотиками? – Этого я не утверждаю. Просто она изменилась. Я решил, что лучше на время оставить эту тему: слишком уж живо она напомнила мне о нашей с Джилли февральской встрече. – Молинас встречался с Полом или с моей сестрой, и если да, то где – у них дома или у Тарчера? – Этого я не знаю, но факт остается фактом: они оба вернулись в Эджертон при посредстве Алоизиуса Тарчера. Он купил Джилли «порше» и практически подарил им с Полом дом. Извини, Мак, но просто так подобные подарки не делаются. Мы предполагаем, что эта сладкая парочка продолжает работать над своим изобретением, пытается уменьшить его токсичность и повысить эффективность, чтобы потом запустить в массовое производство и продавать на улицах. – Допустим на минуту, что так оно и есть. Чтобы человека разобрало по настоящему, наркотик действительно должен быть убойным. Ты это хотела сказать? Но тогда ты должна знать, каков механизм его действия. – Думаю, он как то влияет на гормоны, а значит, особенно опасен. Не может быть, подумал я. Правда, Джилли и со мной, и с Лорой говорила о сексе. И все равно не может быть. – Интересно, как ты себе это представляешь? Человек принимает дозу и тут же достигает оргазма? – Возможно. Точно мы пока ничего не знаем. Некоторые результаты проведенных в Филадельфии экспериментов показывают, что в гормональной системе подопытных животных могут происходить существенные изменения: у них появляется необычная сексуальная агрессивность. |
