— Вы женаты? — спросила Линда. Ее голос еле прошелестел в воздухе. Казалось, она настолько ослабела, что каждое слово дается ей с трудом.

Что это с ней? Сердце Линды перестало биться, оно почти остановилось, а боль в нем все усиливается и усиливается. У нее инфаркт! А этот бесчувственный чурбан, конечно, лишит ее медицинской помощи, и она умрет. Но нет! Она не сдастся на милость победителя!

— Что это вы делаете? — глаза Джеймса расширились от изумления.

— А вы не видите? Раздеваюсь! Или вы думаете, что я должна остаться в мокрой одежде? — И Линда направилась в ванную.

Он поплелся за ней.

— Вы что, так и будете за мной ходить?! Я намерена принять горячую ванну! — На пороге ванной, пылая возмущением, абсолютно голая Линда повернулась к Джеймсу Мортимеру и окинула его презрительным взглядом.

— Да, буду! И ванну вы будете принимать под моим надзором! Я не позволю вам больше улизнуть из моей жизни. Вы слишком много мне задолжали, леди.

— Тогда мне лучше принять душ, — съязвила Линда.

Джеймс уже открыл рот, чтобы высказать этой нахальной ведьме все, что он думает о ней, но в этот момент раздался громкий стук в дверь.

— Полиция! Спасите! Спасите меня! — Линда выскочила из ванной и заметалась по спальне, ища место, где бы спрятаться. Не найдя ничего лучше, она прыгнула на огромную кровать и быстро юркнула под одеяло.

— Джимми, это я! Открой! — За дверью номера послышался голос, принадлежащий отнюдь не полицейскому.

— Лежи тихо, — прошипел Джеймс и пошел открывать дверь.

— Это ты, Сара? — Улыбка у него вышла несколько кривоватая, а в голосе не было не только радости, но и обычного вежливого радушия.

— Как холодно ты меня встречаешь! И почему ты такой взъерошенный? Я хотела сделать тебе приятный сюрприз, специально прилетела из Лон… — Сара замерла на полуслове: на пороге спальни стояла голая Линда. — Кто это? — наконец выдавила Сара.

Джеймс махнул рукой.

— Не обращай внимания, дорогая! Это ведьма, к которой у меня накопилось много вопросов.

Линда втянула в себя воздух. Ее всегда отличало прекрасное обоняние и память на запахи.

— Что это у вас за духи, миледи? — поинтересовалась она.

Сара невольно отступила назад. Голая баба, появившаяся из спальни Джеймса, ведет себя так, будто она у себя дома и сейчас занимает гостью светской беседой. Но самообладание у Сары было не хуже, чем у Линды.

— Пошла вон отсюда, шлюха! — отчетливо, чуть ли не по слогам произнесла Сара и показала Линде рукой на дверь.

Линда равнодушно пожала плечами.

— Разумное решение. Давай, улепетывай отсюда!

— Это ты говоришь мне, продажная тварь?

— Тебе, дорогая, тебе. Ты же слышала, что нам надо поговорить. Правда, сэр?

— Оденься, ведьма! А ты, Сара, подожди меня у себя в номере или в баре. Только уйди, прошу тебя.

Обе женщины удивленно посмотрели на Джеймса, но в глазах одной светилась радость, а в глазах другой — злость. Сара пожала плечами и вышла из номера.

— Браво, сэр! Достойный выход из положения! — Линда медленно прошествовала в ванную, но принять ванну или душ было выше ее сил. Терпением Линда не отличалась. Поэтому она накинула на себя банный халат и вернулась в гостиную. — Я готова, — торжественно возвестила она и подошла к креслу, около которого остановилась, высоко вздернув голову.

Джеймс смотрел в окно, словно его больше всего на свете в данный момент интересовала открывшаяся его взору панорама Парижа.