– Ну и что?

«Нет, это не наивность, – решила Анна, – это глупость». Нетерпеливо покачав головой, она положила конец расспросам и принялась объяснять ему разницу между кницами, брештуками и крачесами <Различные крепежно-соединительные детали в кораблестроении>.

А бесконечный день все тянулся, становясь невыносимо жарким. О’Данн задремал, свесив голову на грудь. Билли Флауэрс тихонько похрапывал во сне. Посреди лекции о подошве волны и ее влиянии на конструкцию киля Анна заметила, что Броуди тоже зевает, и опустила перо.

– Пожалуй, на сегодня достаточно, – объявила она, сжалившись над ним.

– Нет-нет, не обращайте на меня внимания. Все это так занимательно.

Анна решила, что он с ней заигрывает.

– Где вы родились, мистер Броуди? – вдруг спросила она, удивив не только его, но и себя.

– А разве Ник вам не говорил?

– Я спрашиваю вас.

– Да, но что он вам сказал?

Она промолчала, ясно давая понять, что ждет ответа на свой вопрос. Броуди устроился поудобнее и перебросил ногу на ногу.

– Я вам отвечу, но только при одном условии: перестаньте называть меня лжецом.

Анна вспыхнула:

– Приношу свои извинения. Я…

– Извинения приняты.

Он улыбнулся, но она не улыбнулась в ответ. Броуди уже начал сомневаться, есть ли у нее вообще чувство юмора.

– Я родился в доме моего отца в долине Глеморган в Денбишире. Там я прожил до шестилетнего возраста, а потом мы с матерью и братом перебрались в Лланучлин. Это недалеко от Ритлана на речке Ди.

– Это в Уэльсе, – сказала она для пущей уверенности.

– Ага, в Уэльсе, – с довольным видом, подтвердил Броуди.

Значит, все-таки не Ирландия. Анна ему поверила, а это означало, что Николас ее обманул.

– Ваши родители живы? – спросила она еле слышно.

– Моя мать умерла.

– А отец?

– Еще жив, насколько мне известно.

«Плевать я хотел, жив он или мертв», – мысленно добавил Броуди.

У Анны было столько вопросов, что она не знала, с чего начать. Но расспрашивать мистера Броуди было равносильно признанию в том, что Николас не сказал ей ни слова правды, а этого ей не хотелось.

– Вы с Николасом… вы… вместе выросли? – спросила она без особой надежды.

– Верно. Пока нам не стукнуло по четырнадцать. А потом наши пути разошлись, если можно так сказать.

Она отметила про себя горечь, прозвучавшую в его голосе.

– Тем не менее вы оба выбрали море. Во всяком случае, корабли.

– Да, это странно. Лланучлин находится далеко от побережья, однако мы оба нашли работу, связанную с морем. Я не знаю, как это объяснить. В детстве мы с ним ни о чем таком не мечтали,

– Говорят… – Анна мучительно перевела дух, – говорят, что между близнецами существует особая духовная связь. – Ну вот, она признала это вслух. Начало положено…

Броуди смутно догадывался, чего стоило ей это признание. Ему хотелось прикоснуться к ней, накрыть ладонью ее маленькую ручку, сжимающую край чемоданчика с письменным прибором, но он не посмел. Она испугалась бы до смерти. Вместо этого он тихо сказал:

– Энни, мне очень жаль видеть вас такой печальной.

Он и сам не знал, почему назвал ее этим ласковым именем, просто так получилось.

Анна расправила плечи, стараясь успокоиться, и сделала еще одну уступку.

– Возможно, моя фамилия на самом деле вовсе не Бальфур.