— Я поняла тебя, Влад. Ты прав: действительно следует дождаться более благоприятного момента, — согласилась я.

Оставшееся до завтрака время мы с Владом посвятили каждый своим делам. Я начала раскладывать свои вещи, а Влад связался со своим компаньоном в Сиднее.

Минут сорок спустя к нам в комнату постучали. Владислав открыл дверь: на пороге стояла молодая, с русой косой девушка в униформе горничной.

— Извините, — сказала девушка, — Елизавета Аркадьевна велела вам передать, что ждет вас на завтрак.

— Сейчас придем, — ответил Владислав.

Мы с Владиславом вошли в столовую.

— Здравствуйте, — громко сказал Владислав.

Все сидевшие за столом оторвались от своих тарелок и посмотрели на нас.

— Здравствуйте, — произнесла я вслед за Владиславом.

Ответом был нестройный хор голосов, некоторые ограничились лишь кивком.

— Это Татьяна, моя невеста, — представил меня Владислав.

— Проходите, вот ваши места, — сказала Елизавета Аркадьевна.

На завтрак были поданы горячий омлет, три вида овощных салатов, сырные и мясные закуски, а также йогурт, сэндвичи и блинчики с джемом. Из напитков я заметила кофе, чай и смузи. Гости довольно бодро расправлялись с блюдами, как будто это был обычный завтрак, как будто им не предстояло в самое ближайшее время отправиться на траурную церемонию. Правда, переговаривались за столом вполголоса. Я уловила разговоры о котировках на бирже, о последних событиях в сфере предпринимательства.

Владислав едва притронулся к завтраку, он поковырялся в тарелке с омлетом, потом отставил ее в сторону, не съев и половины. Видимо, действительно, как он и сказал ранее, кусок не лез ему в горло. Правда, затем Владислав налил себе полную чашку зеленого чая. Я, конечно же, предпочла кофе. Сварен мой любимый напиток был очень хорошо. Я с наслаждением, смакуя каждый глоток, выпила одну чашечку, а потом принялась за другую.

Я смотрела на людей, которые собрались за столом, и пыталась сообразить, кто из них кто. Но без помощи Владислава самостоятельно сделать это было весьма затруднительно. Владислав же сосредоточился сейчас на чаепитии, и я не решилась обратиться к нему с вопросами. Впрочем, за столом это было бы и непросто. В самом деле, как бы Владислав мог рассказать мне о своих родственниках, не привлекая ненужного внимания, если они сейчас все были здесь? Ну ничего, надеюсь, что у нас еще будет возможность пообщаться с ним на эту тему в более подходящей, конфиденциальной обстановке, без посторонних.

В целом утренняя трапеза прошла вполне себе спокойно и благопристойно, без инцидентов и недоразумений. Однако в атмосфере столовой чувствовалось напряжение. Тем не менее присутствующие вели себя сдержанно, и вскоре после завтрака все расселись по машинам и поехали в похоронное бюро.

В машине, которую вел Владислав, кроме меня сидели еще Елизавета Аркадьевна и какая-то женщина средних лет в темном костюме. Всю дорогу мы молчали, лишь изредка Елизавета Аркадьевна и ее спутница перебрасывались общими фразами.

На одном из поворотов Владислав затормозил и впервые обратился к женщине, сидевшей в нашей машине:

— Алевтина Витальевна, а кто из работающих в доме моего отца хотел бы проститься с ним, вы знаете?

— Ох, Владислав Владимирович, да все хотят проститься с Владимиром Григорьевичем, абсолютно все! — эмоционально воскликнула женщина.