Я посмотрела на Владислава, он благодарно пожал мне руку.

— И все-таки я не уверен, что мы сможем выдержать распорядок, — снова покачал головой распорядитель.

— У меня есть план. Давайте сделаем так. Владислав Владимирович сейчас наберет управляющую домом. Алевтина Витальевна распорядится, в доме все уже будет подготовлено, так что мы не потеряем много времени, — сказала я.

— Ну что же, — вздохнул распорядитель, — давайте попробуем претворить в жизнь ваш план.

— Очень хорошо, — сказала я.

Мужчина отошел в сторону и вынул сотовый.

— Пойдем, Влад, — сказала я.

Мы с Владиславом пошли к Елизавете Аркадьевне. Еще издали мы увидели, как Алевтина Витальевна разговаривает по телефону, потом она что-то сказала Екатерине.

Екатерина тут же, как ужаленная, подскочила и побежала к нам. Ее лицо исказила дикая злоба.

— Ты что себе позволяешь? — шипящим голосом спросила она Владислава. — Как ты смеешь отдавать приказы, которые противоречат моим?

— Я хочу, чтобы после отпевания моего отца отвезли в его дом, — спокойным тоном проговорил Владислав. — Я считаю, что прислуга тоже должна иметь возможность попрощаться с отцом.

— Ты что, совсем с ума сошел?! Как ты можешь так говорить? Прислуга не имеет права на прощание! Это просто наемные работники, которым платят деньги за то, что они выполняют свои обязанности, вот и все.

— Это не тебе решать! — отрезал Владислав. — Это мой отец, и я принимаю решение! Прислуга — тоже люди. Хотя такой, как ты, с интеллектом ниже нулевого уровня, этого не понять. Жаль, что отец не замечал эту очевидную вещь. Хотя нет, он все-таки со временем понял, что ты собой представляешь. И вот тогда ваши отношения значительно ухудшились. Кроме того, ты просто ненавидишь людей!

— А ты? Тоже мне выискался благодетель! Ты что, не понимаешь, что своими приказами ты создаешь лишние проблемы? Ты не можешь так распоряжаться телом своего отца! И возить его туда-сюда! Это не игрушка! Твое отношение к отцу просто неуважительное!

— Неуважительное — это твое поведение, Екатерина! — выпалил Владислав. — Ты вообще ведешь себя так, как будто это только твой дом, а не мой! Ты не имеешь права диктовать мне, что делать!

— Дом теперь перестал быть твоим! И очень скоро ты в этом убедишься! — воскликнула Екатерина.

— Не слишком ли много ты на себя взяла? Что ты вообще о себе возомнила? С чего ты вообще взяла, что дом перестал быть моим? Этот дом всегда был и будет моим, даже если тебя такое положение вещей не устраивает. В конце концов, я живу в этом доме гораздо больше, чем ты, — сказал Владислав.

— А я… я старше тебя по возрасту! — выкрикнула Екатерина.

— Всего-навсего на три года. Поэтому ты сейчас же прекратишь свою глупую перепалку и смиришься с моим решением, — твердо сказал Владислав.

— И не подумаю! Я здесь не для того, чтобы выслушивать твои нравоучения, — резко ответила Екатерина. — Ты не можешь как ни в чем не бывало отменять мои распоряжения. И вообще, ты не единственный, кто потерял отца.

— Я не отменяю ничьих распоряжений. Я просто хочу, чтобы все могли попрощаться. Ты не знаешь, что такое потерять близкого человека. Поэтому ты не можешь понять, что это важно для меня и для тех, кто работал с отцом. — Владислав не собирался отступать.

— Это ты не знаешь, что такое настоящая утрата! — закричала Екатерина, и ее глаза наполнились слезами.