— Ах ты, сволочь!

Екатерина бросилась в сторону Владислава, но была перехвачена Светланой Николаевной.

— Катя! Ты что, совсем с ума сошла?!

Женщина крепко схватила свою племянницу за руку.

— Ты только делаешь себе хуже, — тихо сказала она.

— Владислав, простите ее. — Светлана Николаевна посмотрела на Владислава. — Она… Просто Катя очень сильно перенервничала, она ничего не имеет против вас, поверьте. Катя думала, что Владимир, как любящий супруг, позаботится о ней… как полагается, простите.

— Пусть она отсюда уйдет, — сказал Владислав, не глядя ни на Екатерину, ни на ее тетю.

— Сейчас мы уйдем, не беспокойтесь, — проговорила Светлана Николаевна. — И еще раз простите нас.

Екатерина со Светланой Николаевной быстро вышли из гостиной. Вслед за ними начали выходить собравшиеся родственники и гости.

— Таня, мы сейчас с Михаилом Яковлевичем пройдем в кабинет отца, он назовет мне конкретную сумму всего состояния, которое оставил мне отец, — сказал Владислав.

— Хорошо, Влад. Я буду ждать тебя наверху, — сказала я.

Я поднялась на второй этаж и вошла в отведенную нам с Владиславом комнату. Наверное, Владимир Кирьянов уже получил результаты экспертизы чашки, которую я взяла со столика в спальне Елизаветы Аркадьевны.

Я набрала Владимира:

— Володь, привет. Ну что? Эксперты что-нибудь выяснили по поводу того, какое вещество находилось в чашке бабушки Владислава? — спросила я.

— Да, Тань, только что. Я попросил их поторопиться, так что…

— Ну, что показал анализ, Володь? Говори уже, не томи, — поторопила я.

— Это большая доза сильного яда ороксицина, Тань, — ответил Кирьянов. — Его добавили в чай, и если бы вы не поторопились, то есть если бы еще промедлили и женщина не получила бы квалифицированную медицинскую помощь, то исход однозначно был бы летальный. Ну и здесь еще один нюанс есть — чай был сладкий.

— И что? — недоумевающе уточнила я. В ядах я как-то не очень разбираюсь.

— Тань, я не химик и не судмедэксперт, — развел руками Киря. — Но, как мне объяснили, сахар, точнее глюкоза, в нем содержащаяся, замедлила действие яда. Повезло женщине. Тем более что антидота, то есть противоядия, от ороксицина нет.

— Ороксицин, ороксицин… слушай, Володь. Но ведь это… получается, что следующим на очереди может быть Владислав, — предположила я.

— Ну почему Владислав? Ведь, в отличие от своей бабушки, он не делал таких громких заявлений по поводу того, что ему известно, кто является убийцей его отца? — уточнил Владимир.

— Нет, не делал. Но что, если теперь преступник начнет устранять других родственников Владимира Новоявленского? Точнее, он может избавиться от главного претендента на наследство. А им является именно Владислав. Только что закончилось оглашение завещания, которое оставил Владимир Новоявленский. Так вот, согласно ему основная часть всего состояния принадлежит Владиславу. Остальные родственники получили ничтожные доли. Даже вдова бизнесмена практически осталась ни с чем, понимаешь? Поэтому необходимо будет предпринять самые серьезные меры по его защите. Только я вот пока не представляю себе, как Владислав отнесется к тому, что ему придется питаться печеньками, чипсами и другими подобными продуктами, если так можно их назвать.