– Ивонн нужен был новый костюм для похорон Тедди, – всхлипывая, сообщила Гретхен.

– Вы что, вместе ходили по магазинам? – у меня глаза полезли на лоб от удивления. Правда, вчера я сама сдалась под напором Гретхен, но уж Ивонн–то, упокой Господь ее душу, была куда более крепким орешком, чем я. Никакие слезы и мольбы не заставили бы ее разжалобиться.

Губы Гретхен скривились – то ли в презрительной усмешке, то ли от боли.

– Этого я не говорила. Ей нужен был сопровождающий, чтобы таскать ее покупки, держать мобильник, подавать ей напитки и застегивать молнию на спине.

– Фред отказался?

– Он сказал, что и речи не может быть о том, чтобы он оказался рядом с голой Ивонн.

– Его можно понять, – пробормотала Трисия.

– Поэтому она выбрала тебя? – спросила я, надеясь, что это не прозвучит назойливо.

– Я всего лишь жалкая секретарша, помнишь? И никогда не стану ничем, кроме секретарши. Разве можно было найти более удобный случай, чтобы еще раз ткнуть меня мордой об стол? – ноздри Гретхен раздулись от негодования, но в результате из носу опять потекло, и она жалобно зашмыгала. Добросердечная Трисия достала из сумочки несколько салфеток и протянула ей.

– Итак, тебе пришлось пойти с ней, – подсказала Кэссиди.

Гретхен кивнула.

– Она собиралась взять свой «ягуар» и поехать в Челси.

– «Ягуар»? Почему не такси? – удивилась я. Ездить на своей машине по Манхэттену не имеет никакого смысла, но это с точки зрения людей, которые верят во всемирный заговор владельцев парковок против американского народа. Заплатив за место на однодневной стоянке, уже можно разориться, так что тогда говорить о варианте, когда, отдав деньги за место, забираешь машину в середине дня, чтобы потом еще оплачивать краткосрочные парковки по всему городу?

Гретхен пожала плечами. Ее рот дрогнул, как будто она собиралась выдавить улыбку, но попытка не удалась.

– По крайней мере, мне удалось на нем прокатиться, – речь шла о классическом «ягуаре» модели ХКЕ – шедевре автомобильного искусства. Ивонн выбрала его в надежде привлекать внимание мужчин, но тем не менее это была красивая машина.

– Короче, она сворачивает на одну из боковых улочек, говорит, что знает отличное местечко, и тут, откуда ни возьмись, появляются эти парни. – Гретхен помогла себе жестами, показав, что парни возникли прямо перед носом машины, и зарыдала с утроенной силой.

– Я понимаю, как тебе тяжело, дорогая, – участливо подбодрила я, эгоистически желая, чтобы она поскорее добралась до конца.

– Ивонн ударила по тормозам, чтобы на них не наехать. Они начали орать, она тоже что–то закричала в ответ, потом один из них изо всех сил стукнул по капоту, это вообще вывело ее из себя. А потом вдруг другой – здоровый такой громила – р–раз, и распахивает дверцу Ивонн. Я рванулась ей помочь, но тут еще один открыл мою дверь.

– Он дожидался, пока ты отвлечешься, – предположила я, надеясь, что она воспримет это как поддержку, а не упрек.

– Ну, конечно, – язвительно поддакнула Кэссиди, и я заподозрила, что мое замечание прозвучало совсем не так ободряюще, как мне хотелось.

Я открыла рот, чтобы возразить, но Трисия взглядом приказала нам обеим заткнуться.

– Я тебя слушаю, – сказала она, беря Гретхен за руку. – И что произошло после этого? – На мой взгляд, Трисия использовала те же интонации, с помощью которых она улещивает клиента, разрывающегося между гаспачо и консоме.