|
За исключением разве что диеты. Тедди всегда был грузным, но это, казалось, совершенно не беспокоило его до последнего времени. Месяц или два назад он начал всем объяснять, что сел на диету, потому что доктор предъявил ему ультиматум. Но что, если истинные мотивы были романтическими, а не медицинскими? Что, если раньше ему не было нужды худеть, потому что Хелен любила его таким, каким он был, а теперь в его жизни появился кто–то, ради кого стоило постараться? Кто–то, кто не готов был любить его независимо ни от чего, кто–то, ради кого он хотел приобрести форму? С кем же Тедди мог спать? Или еще только пытался соблазнить? Бедняжка Хелен.
– Вы весь вечер провели дома, миссис Рейнольдс? – продолжал детектив Липскомб. – Позвольте. Одну. Минуту, – потихоньку наливалась праведным гневом Ивонн. Она обожала давать выход своим эмоциям, и перед шансом ринуться на защиту друга не могла устоять, как перед распродажей в «Саксе». Но я была настороже, и быстренько просунув руку за спиной Хелен, довольно сильно ее толкнула, потому что видела, что у детективов совершенно нет настроения терпеть ее драматические представления. Да и мне самой они уже успели надоесть. – Миссис Рейнольдс? – уже мягче повторил детектив Липскомб. Ивонн отодвинулась на несколько дюймов и замерла, как свернувшаяся в кольцо змея. – Я пришла с работы сразу после восьми. Заказала обед в «Коста–дель–Соль», вы можете проверить, даже если они не фиксируют время заказа, я платила кредитной картой. – Хелен слегка выпрямилась, собственное негодование отвлекло ее от горя. – Потом я сделала несколько телефонных звонков и провела некоторое время онлайн, и то, и другое вы легко можете проверить. К сожалению, около одиннадцати я легла спать, так что с этого времени вы можете только верить мне на слово. Детектива Липскомба ничуть не взволновало нескрываемое раздражение Хелен. Я уверена, они сталкиваются с этим изо дня в день – женщины, только что ставшие вдовами, ищут какой–то выход своему горю и боли. – Мы обязаны задать вам эти вопросы, мэм, – спокойно объяснил детектив Эдвардс. – Не читайте ей лекцию, – прошипела Ивонн. – Эта женщина только что потеряла. Своего мужа. Ради. Всего. Святого. Детектив Липскомб терпеливо кивнул и выждал несколько мгновений, прежде чем задать следующий вопрос: – Миссис Рейнольдс, то, что вашего мужа еще не было дома к одиннадцати часам, было обычным делом? – Не то, чтобы обычным, но иногда случалось. Время от времени. У него бывают периоды бессонницы, когда он предпочитает оставаться в офисе и работать, если хватает сил, считая это более продуктивным, чем ворочаться здесь всю ночь напролет. К концу фразы ее голос сорвался на фальцет, как будто она сама не поверила этой наспех сочиненной истории. Она до сих пор говорила о Тедди в настоящем времени, но никто не спешил ее поправлять. Хелен сильнее сжала мою правую руку, и я погладила ее левой, успев пожалеть, что у меня не такие маленькие прохладные ручки, как у Трисии, пусть даже с ободранным маникюром. К этому моменту мои руки были совершенно измочалены, и я испытывала настоятельную потребность высвободить их и размять. И в то же время я не переставала размышлять, с кем же мог спать Тедди? – Верно, все верно! – ринулась в бой Ивонн. – Я и сама ночная сова! Тедди и я часто натыкались друг на друга. В офисе. По ночам. – Ивонн широко улыбнулась, как будто выиграла конкурс по правописанию в третьем классе. Вообще–то она вела себя лучше, чем я опасалась по дороге сюда. Она не старалась тянуть одеяло на себя, и только за это уже заслуживала медали. – Ваш муж звонил предупредить, что задерживается? Рот Хелен опять сжался в тонкую ниточку. – Иногда. |
