– Будь там через полчаса.

– Какого черта?

– Хочу выяснить, что происходит между тобой и моей женой.

– Между нами ничего нет. Я… никогда ее раньше не видел.

– Ты лжешь. Приходи, или я приведу сюда Эдди, и мы расскажем то, что знаем, судье и его племяннице.

– Будь ты проклят!

– Сам будь проклят за то, что сделал с Эдди!

– Хорошо. Я приду.

Джон кивнул и поехал обратно в свой лагерь.

Эдди была глубоко несчастна. Теперь она точно знала, что Кайл Форсайт под именем Гайда явился на ферму, женился на ней и стал отцом их ребенка.

День тянулся очень долго. Пересечь вздувшийся ручей оказалось непросто, хотя возница и полагал, что это пустяки. Тем не менее Эдди беспокоилась за детей, тревожилась за Колина, едущего в фургоне впереди них.

Во время короткого отдыха они попили воды и Эдди раздала всем леденцы, настояв, чтобы даже Триш и Хантли попробовали.

– Стыдно, мэм, переводить на меня такое, – возразил Хантли со свойственной ему медлительностью. – Это бы малышкам.

– Леденцов полно, и они помогут тебе дотянуть до ужина.

Видя, что Эдди чем-то озабочена, Триш старалась занять детей. Она бросала встревоженные взгляды на подругу, которая сидела и глядела на животных, тяжело тянувших фургон.

Мысли Эдди все время кружились вокруг событий, приведших теперь к создавшемуся положению. Когда Джон дал ей письмо, взятое у убитого им человека, он был уверен, что капитан – не Керби Гайд. Тогда Эдди немного сомневалась, но она могла бы с ним жить.

Теперь же вынуждена сказать ему, что их брак недействителен. Ее настоящий муж – капитан Кайл Форсайт, которого она знала как Керби Гайда.

Эдди поблагодарила Бога, когда последовал приказ заворачивать.

Пока фургоны становились в круг, она расчесала волосы и уложила их. Затем все выбрались наружу. Приятно было размять ноги. Дети стали гоняться друг за другом, а Эдди смыла пыль с лица и рук и собиралась пойти на кухню.

Джон подъехал на своем жеребце:

– Триш, Колин проследит за Диллоном и Джейн Энн. Ты сможешь помочь Биллу с ужином? Эдди отлучится.

– Куда мы идем? – Эдди повернула к нему взволнованное лицо.

Джон посмотрел на нее. Она была прекрасна, но не поэтому он потерял голову и по уши влюбился в нее. Его покорила ее внутренняя красота. Когда она состарится, то будет такой же красивой, как и сейчас. Джон не сомневался, что с течением времени Эдди станет ему еще дороже.

– Джон…

Он вытащил ногу из стремени:

– Становись сюда, дорогая, и я тебя подниму. Нам надо немного проехаться.

– Мы не можем пройтись пешком?

– Нет, милая. Давай, я не дам тебе упасть. Все еще волнуясь, она послушалась. Он поднял ее и усадил рядом с собой. Эдди обняла его за поясницу и прижалась к нему. Его руки сомкнулись вокруг нее, укрывая и защищая от всего. Она была чертовски хороша. Ему отчаянно хотелось поцеловать ее, но с этим следовало подождать.

Иногда необходимо быть жестоким, чтобы избавиться от сомнений и подозрений.

Он развернул лошадь, и они поехали в сторону хлопчатника. Джон понимал тревогу жены. Он хотел сказать ей, что, даже будь Форсайт на самом деле Гайдом, они бы нашли способ сохранить семью. Джон подумал, что он мог бы убить капитана и тогда всем их тревогам пришел бы конец. Но быстро отогнал эту мысль. Он не смог бы хладнокровно убить отца ее ребенка.

Джон пустил коня рысью, спеша покончить с неприятным делом. Эдди щекой прижалась к его плечу, ее длинная медового цвета коса свесилась через руку Джона.

– Когда мы доберемся до дома, я подберу тебе славного жеребца и мы поедем в горы.