– Кто это? – прошептала она.

– Я сама хочу выяснить.

Эдди узнала дровосека сразу. Это был человек, предложивший поднести их сахар до фургона. Немногие мужчины носили плоские кожаные шляпы. Его могучие руки занесли вверх топор и с огромной силой вонзили его в бревно. Он наклонился и бросил полено в растущую стопку.

– Кто там? – прошептала Триш.

– Это тот человек из магазина в кожаной шляпе и рубашке навыпуск.

– Что он делает у нашей поленницы? Эдди открыла дверь:

– Рубит дрова.

– Это я вижу. Зачем?

– Не знаю. Ради святых, Триш, опусти ружье.

– Этот бродяга что-то задумал. Никакой мужчина не станет рубить дрова для женщины, если ему от нее ничего не надо.

– Хорошо, давай-ка его спросим.

– Целюсь прямо в него, пока он там.

Эдди вытащила ленточку из кармана, собрала волосы в пучок и перевязала его. Затем поправила платье, проверила, застегнуто ли оно до самого горла, и вышла на крыльцо.

– Доброе утро! – сказала она.

– Привет. – Мужчина продолжал работать.

– Вы достаточно помогли нам вчера вечером.

– Я знаю. – С одного удара здоровое полено отвалилось. Он подобрал его и швырнул в кучу.

– Мы благодарим за сделанное…

Взмахом руки он отмел благодарность и подтащил следующий ствол к колоде.

– Как мы будем доить корову, пока… этот дурак там?

– Я буду весьма вам обязан, если вы скажете этой девушке опустить винтовку. Она может выстрелить. – Джон нахлобучил шляпу и вытер лицо рукавом рубашки.

– Если это произойдет, тебе конец! – взвизгнула Триш.

– Именно этого я и боюсь, – сухо ответил Джон и опять взмахнул топором.

– Миссис Эдди… – Колин вышел из кухни с ружьем в руках.

– Боже милостивый! – уставился на него Джон. – Да вы опасны, как выводок гремучих змей.

– Мы можем постоять за себя, – улыбнулась Эдди.

– Вижу.

– Приглашаю позавтракать с нами.

– Миссис Эдди! – Триш задохнулась от неожиданности. – Зачем такое говорите?

Джон оперся о топорище и вгляделся в троицу, затем принял предложение:

– Благодарю, мадам.

– Нужно немного подождать. Сначала кое-какие дела.

– Я не выйду и не буду доить, пока он там, – заупрямилась Триш.

– Триш, через несколько минут будет совсем светло. – Эдди терпеливо втолковывала девушке. – Если бы он хотел причинить нам вред, то сделал бы это ночью. Мы все займемся делами.

Пока ты доишь, я соберу яйца, а Колин задаст корм скоту. Колин, убери ружье. И ты, Триш, тоже.

– Я подержу ружье, глаз не сведу с этого… прохожего.

– Тебе будет трудно так доить. Я подержу ружье и ведро, пока ты вымоешь руки.

Джон все еще рубил дрова, когда женщины вышли из амбара. Выпущенные на волю цыплята пищали и деловито искали личинки среди щепок. Неся ведро с молоком в одной руке и винтовку в другой, Триш стороной обошла Джона. Эдди остановилась поговорить с ним, сжимая в руке завязки передника.

Джон смотрел на нее, выжидая, пока она начнет беседу.