– Миссис Эдди, как вы думаете, мистер Толлмен вернется? – спросил Колин, как бы читая ее мысли.

– Он сказал, что поговорит в магистрате. Думаю, мистер Толлмен поставит нас в известность о результатах переговоров.

– Я хочу быть похожим на него, когда вырасту.

– Почему ты это говоришь? Ты ведь его не знаешь. Может быть, он притворяется.

– Нет, не притворяется. Он прямо рассвирепел, когда я рассказал о старике Реншоу.

– Нужно съесть пуд соли, чтобы узнать человека. А для этого потребуются месяцы, а иногда и годы. – В ее голосе слышалась тоска.

– Не думаю, что он такой.

«Колин, милый, ты более доверчив, чем я. Он может оказаться мерзавцем». Эдди продолжала сидеть на камне и смотреть на долину. Она хотела покоя. Последнее время ей казалось – жизнь проходит слишком быстро, скоро она состарится и не успеет выполнить многое из задуманного и не увидит того, о чем мечталось.

Керби не только подарил ей Диллона, он разбудил ее воображение рассказами о различных интересных местах. Бедняга. Она постоянно думала о том, собирался Керби возвратиться в родной дом или выбросил их с сыном из своего сердца.

Прошло несколько часов. Колин пошел загнать овец, которые слишком далеко разбрелись по долине, но быстро вернулся назад:

– Миссис Эдди, не поворачивайте головы, но вон там, где молния расщепила большой кедр, человек верхом. Мне кажется, он смотрит в подзорную трубу.

– Ох, Колин. – В Эдди проснулся страх.

– Давайте вернемся.

– Накосим травы и будем двигаться домой.

Колин начал махать косой с укороченной рукояткой. Эдди принялась собирать траву и засовывать ее в мешки, при этом она оглядывалась вокруг, как будто присматривала за овцами. Всадник был скрыт в тени, так что она бы в жизни его не заметила. Колин прав: он наблюдал за ними.

– Мы наполним один мешок, Колин. Двигайся медленно. Не нужно, чтобы он подумал, будто мы уходим из-за него. Если обнаружит, что мы убегаем, настигнет нас на полдороге к дому.

– Кто он?

– Он не из проповедниковой паствы. Те бы ехали прямо к дому. Похоже, это кто-то из города пытается проследить за Триш.

– Как бы я хотел, чтобы она не была негритянкой.

– Колин, пожалуйста, не говори так. В Триш есть цветная кровь. Боже! Сотни лет эти джентльмены на Юге заводили детей, не может быть там белых без примеси цветной крови.

– Но она… белая, как я.

– Я знаю. Но оказывается, что, если в ней течет хоть чуточка негритянской крови, она считается негритянкой и с ней обращаются как с… собственностью.

– Мужчины не хватают белых девушек.

– Да, – подтвердила Эдди, тайком оглядываясь на следившего за ними человека.

– Мистер Толлмен не обращает внимания на то, что Триш негритянка.

– Он рос среди индейцев или по крайней мере его отец. Есть места, где к индейцам относятся хуже, чем к неграм.

– Почему белые так себя ведут?

– Не все. Колин, он уходит. Остановился и… смотрит на дом. Он ему виден оттуда. Собирай овец. – Эдди стала спешно собирать скошенную траву.

Когда они обогнули вершину холма и направились к дому, Эдди снова оглядела местность и высмотрела всадника.

– Он все еще здесь, следит за домом. Триш в саду, Диллон и Джейн Энн на крыльце.

– Что будем делать?

– Идем домой.