|
Мною движет как раз то, про что он говорил. Теперь я хочу писать не о том, какой была наша замечательная немецкая колония раньше, а о том, что она представляет собой сейчас. О том, как сочетание неправильного выбора и упрямства может привести к преступлению». Несмотря на то что мне не хотелось, чтобы он снова засел за очередной крупный роман, я была рада слышать в его голосе такую убежденность. Она звучала, когда он садился писать свои первые романы, так что это был хороший знак. И, несмотря на усталость, накопившуюся за все эти беспокойные дни перед Рождеством, я все же запомнила сказанные им слова: «Я должен писать — это моя жизнь».
Когда он забрался в кровать, я наклонилась над ним и поправила его одеяло. |
