– Мама, мне ехать полчаса.

– А собираешься полгода. Целую, сынок. Очень жду.

Саша положил трубку и задумался. Очаково… что-то такое смутно мелькнуло в памяти, да тут же и исчезло. Кто-то что-то говорил. Про институт. Вот только кто и где?… Шутка какая-то была связана с институтом. Нет, это была шутка про МАИ. Саша так ни до чего и не додумался. И решил на досуге съездить на эти самые «места боевой славы». В Очаково. Мало ли что, а вдруг что-то там ещё осталось? Это было бы хорошо.

Прелюдия, продолжение

Очаково было совершенно ничем не примечательным местом. Отчасти это было плохо, а отчасти даже и хорошо. По крайней мере Саше показалось, что это место спокойное и уютное. И не грязное, что тоже бывает не каждый день. Это место стало городом не так давно, дома были преимущественно современной постройки и Саша с горечью подумал, что найти что-то, что могло остаться тут с шестьдесят седьмого года, просто нереально. Тем более, что Саша, во-первых, в этих краях никогда раньше не бывал, а во-вторых не знал, что же, собственно, ему надо искать. Институт? Да их же море существовало (и существует поныне, кстати). Кого-то, кто помнит этих самых несчастных из списка? Ещё больший абсурд. Саша пошатался по платформе, прошёлся, смеха ради, до продуктового магазина, который заприметил между домов и решил, что пора возвращаться. Было жарко, он устал. Купил бутылку газировки, булочку с сосиской, присел в тенёчке и принялся неторопливо есть. Пока ел, вспомнил, что дома из продуктов опять осталась одна-единственная промороженная пицца. «Ну что я, как лентяй какой, ей Богу, – подумал Саша. – Лето же, а я опять жру всякую гадость. Правильно мать сказала – надо есть всякие овощи, фрукты… А где тут рынок?»

Рынок оказался неподалёку от вокзала, и Саша решил определиться с программой минимум. Главным овощем он без колебаний избрал картошку (желательно молодую), а главным фруктом – огурцы. Потом вспомнил, что огурцы – вовсе и не фрукты. В результате Саша набрал полную сумку всяких разностей, произрастающих на огородах, а картошку решил взять уже в другой пакет – в этот просто не поместилась бы. Прошёл вдоль рядов, остановился возле какого-то деда, торговавшего хорошей белой картошкой, явно местной, не привозной.

– Почём? – поинтересовался Саша.

– Да как у всех, – ответил дед. – Моя-то небось не хуже будет.

– Три килограмма сделайте, – попросил Саша.

– Сумка есть?

– Есть, – Саша протянул деду пакет и, когда дед стал накладывать картошку, спросил:

– Издалека везли? Или своя?

– Своя, нам чужого не надо, – ответил дед. – Я тут всю жизнь прожил, участок у меня большой. Вот, выращиваю…

– Простите, что спрашиваю, но… Вы сказали, что тут всю жизнь прожили, так может, вы в курсе? Я хотел найти тут у вас один институт, но тот человек, который мне про него говорил, был тут в последний раз очень давно и…

– Если вы про тот институт, что перед посёлком дачным был, говорите, то его и нет уже давно. Снесли ещё в восемьдесят шестом или в восемьдесят седьмом. А другого института тут, вроде, и не было… Ещё ПТУ есть, но это на другом конце города, на автобусе надо ехать. А ещё…

– Вы говорите, снесли? Я говорил про НИИ. Это не учебный институт, а тот, в котором изучают…

– А я про какой говорю, по-вашему? Я ещё из ума не выжил… двадцать один рубль с вас.

– Вы не знаете, что это был за институт? – спросил Саша. Он не надеялся на чудо, но оно произошло.

– Немножко знаю. Секретный он шибко был.