— Я тоже! — подала сонный голос Аннад. — Я тоже хочу охранять!

Силач Джон так широко улыбнулся, что в темноте блеснули его зубы.

— Смотри же, охраняй хорошенько. Я на тебя рассчитываю.

— Как только услышишь что-нибудь подозрительное, сразу зови нас, Роуэн, — предупредила его мама.

Роуэн кивнул. Силач Джон и Джиллер наклонились, подняли грузное тело Бри и понесли его к дому, который стоял на краю сада.

Сгибаясь под своей нелегкой ношей, они исчезли в тени дома. Оставшись вместе с Аннад и спящей Ханой, Роуэн изо всех сил вглядывался в ночную тьму. Лучи лунного света тянулись далеко по саду.

Было очень тихо. Так тихо, что даже глубокое дыхание Ханы казалось сейчас очень громким. Ни звука не было слышно с той стороны, где паслись букшахи. Все умолкло и на холмах. Но тишина была какая-то неспокойная. Такая тишина — тяжелая и таинственная — бывает, когда чего-нибудь ждешь.

Роуэн почувствовал, как ему на плечо упала голова сестренки. Ее глаза совсем закрылись.

— Аннад, — тихонько позвал он, — может, пойдешь домой и ляжешь спать?

Она захлопала сонными веками:

— Я не сплю. Я вас охраняю.

— Ну охраняй, охраняй, — согласился брат.

Сестренка довольно кивнула и снова закрыла глаза.

Роуэн обнял ее, чтобы ей не было холодно. Сам он не спал и вглядывался в темноту сада, в самые мрачные его уголки: а вдруг там шевелится кто-нибудь подозрительный… Он прислушивался, ловя в тишине малейший звук. Он ждал какого-нибудь знака, что кто-то или что-то бродит рядом и так же, как и он, прислушивается и приглядывается ко всему.

Но нет… Только монотонный надоедливый напев все крутился у него в голове. И Шеба, все время Шеба, с лицом, перекошенным от ужаса.

Роуэн услышал, как мама и Силач Джон вышли из дома и зашагали по саду. Теперь им нужно было отнести Хану.

Он быстро взглянул на крепко спящую Аннад. Точно, она не проснется. Значит, время настало.

— Мама! Джон! — позвал он негромко. — Мне надо кое-что вам рассказать. Да, прямо сейчас!

У Джиллер в глазах потемнело от страха.

— Это что? — только и смогла она сказать. — Что еще за колесо, которое повернется?

Роуэн удивленно посмотрел на нее. Он что-то совсем не подумал об этой строчке.

— Не знаю, — ответил он. — Вообще не понимаю, что это значит. И Шеба тоже. Но она боится, это точно.

Взрослые смотрели на него. Луну закрыло облако, и в саду потемнело. Рядом на дереве зачирикала какая-то птичка. Аннад пробормотала что-то во сне и пошевелилась на плече у Роуэна.

Силач Джон поднялся на ноги.

— Вот теперь нам нужна помощь, — сказал он. — Нельзя держать это в секрете.

Джиллер покачала головой, не соглашаясь с ним:

— Поздно уже. Незачем сейчас всю деревню будить.

— Да, незачем, — улыбнулся в ответ Джон. — Роуэн сбегает и поднимет только тех, кто и правда может помочь.

— Тимона, — предложил Роуэн.

Он подумал, что учитель Тимон, наверное, быстрее всех догадается, что означает стихотворение Шебы. И еще он один из немногих в деревне, кто не станет бояться.

— Правильно, — согласилась Джиллер. — Тимона. И еще Марли.

— И Аллуна, — добавил Силач Джон.

— Вряд ли Аллуна надо сюда впутывать, — сказала Джиллер. — Ясно же, что это дело рук бродников.

— Так кто же поможет лучше, чем он? — ответил ей Силач Джон.