Незадолго до обеда Элинор позвали в часовню. Там она нашла Саймона, грязного и уставшего, стоявшего у балюстрады. В помещении было сумрачно и прохладно. Элинор предпочла, чтобы Саймон помолчал, так как эхо могло разнести их голоса, и они могли бы быть услышаны кем угодно. Элинор не боялась шпионов, но то, что она собиралась сказать Саймону, предназначалось только для его ушей.

– Я сидела все утро, поэтому давай пройдемся, и я расскажу тебе, какие проблемы возникли у сэра Джона с рыбаками Мерси, – многозначительно сказала Элинор.

Саймон посмотрел на нее, кивнул и последовал за ней.

Элинор начала рассказывать о том, как шторм повредил флот Мерси, как сэр Джон хотел его отстроить, а для этого ему нужны были деньги. Когда они убедились, что рядом никого нет, Элинор рассказала Саймону все новости. Но, как оказалось, Саймон их уже знал.

– Этим я занимался сегодня утром. Меня послали выбрать и оснастить корабль, на котором поплывут дамы.

– Выбрать корабль? – удивилась Элинор.– А что, леди Беренгария не поплывет с королем?

Саймон посмотрел поверх головы Элинор.

– Он говорит, что это может быть опасным. Его корабль может быть атакован, чтобы повернуть назад всю армию.

– О, я понимаю. Как благоразумно с его стороны, – изрекла Элинор.

– Да.

Глаза Элинор наполнились слезами, но она проглотила их. Несомненно, Беренгария будет восхищена заботой Ричарда о ее безопасности.

– Но, – сказала Элинор дрожащим голосом, – у меня есть другие важные новости. Сегодня утром…– Но слезы опять подкатились к ее горлу, и она схватила Саймона за руку.– О, Саймон, ты никогда не будешь благоразумным, ведь так?

Глаза Саймона посмотрели на нее, ее дрожащие губы.

– Прекрати, Элинор, прекрати, или я тебя поцелую, и только Богу известно, смогу ли я тогда остановиться. Для глупостей сейчас не время и не место.– Он закашлялся.– Каждый мужчина должен быть благоразумным. Подвергнуть опасностям невесту только ради желания и удовольствий – это…

Последовало короткое молчание.

– Нет, я не смог бы быть благоразумным, и ты это знаешь.

– Благодарю Бога за это, – вздохнула Элинор.– Нет, Саймон. У меня есть новости, которые я просто обязана сказать тебе. Лонгкемпа собираются обуздать.

Пристально глядя на нее, Саймон спросил:

– Как? – но в его голосе не было интереса. Элинор кратко пересказала ему содержание писем.

Она видела, что Саймон с трудом заставляет себя сосредоточиться на том, что она говорит. Это казалось странным. Но что было еще более странным, так это то, что он не радовался тому, что услышал.

– Епископ Руаенский? А не королева? – резко сказал он.

– Не королева? – повторила Элинор.– Вчера ты был обеспокоен, потому что думал, что она хочет управлять страной. Сегодня тебе не нравится, что это не так. Она не может быть в двух местах одновременно. Она останется на своих собственных землях.

– Но беспорядки возникают в Англии.

– Их не будет, если вернется Филипп. Ходят слухи, что он хочет сделать это.

– Потребуется время, чтобы Филипп вернулся во Францию. К тому времени королева могла бы решить все проблемы в Англии. Элинор, ты понимаешь, что может случиться? Сам по себе епископ Руаенский не может потребовать верности от баронов. Церковники, возможно, послушаются его, хотя я сомневаюсь в этом, так как Лонгкемпа поддерживает Папа Римский.