– Пожалуй, бежать у меня не получится.

– Я помогу.

Фло подставила ему плечо; вместе они стали похожи на поезд: Фло не столько поддерживала его, сколько тянула, будто мощный паровоз, а луч ее лампы бил, как прожектор, далеко вперед. Блэар оценил, что она сразу же направилась к узким улочкам, подальше от песка; но и там она предпочитала вести его по задам, не срезая дорогу даже в тех местах, где они могли бы это сделать. Через просветы в деревянном заборе он увидел белое строение голубятни. Теперь ему уже не нужен был компас, чтобы понять, что Фло ведет его вовсе не в гостиницу.

– Куда мы идем?

Фло не ответила. Словно локомотив, она продолжала тащить его вперед по грязи, мимо заборов, минуя какие то повороты и поперечные дорожки, пока не распахнула наконец калитку, которую сам Блэар никогда бы не заметил. Где то рядом, в темноте, ворочалась и повизгивала в хлеву свинья. Кирпичные ступени вели мимо наружных умывальников к задней двери дома, в которую Фло его поспешно и втолкнула.

Внутри она отпустила его, позволив обессиленно рухнуть в кресло. Вся комната была погружена в темноту, тускло светилась только решетка камина. Фло направила на Блэара лампу:

– Какой же вы грязный! И весь в крови! Но теперь вы в безопасности.

Нога у Блэара совершенно онемела, он едва чувствовал ее. Дотронувшись до головы, он ощутил под рукой спутанные, сбившиеся волосы и почувствовал под пальцами полуоторванный кусок кожи. Да, немного безопасности ему сейчас не помешает. Пока Фло зажигала лампу, Блэар откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Он слышал, как Фло помешала угли в камине. Потом через головную боль к его сознанию пробились запахи разогреваемого молока с сахаром. Он выпрямился в кресле и осмотрелся. Светившаяся решетка оказалась колосниками плиты, на которой уже закипала вода в большой кастрюле. Зеркало в полный рост человека возле лестницы показалось ему знакомым. Стоявшая на коленях у плиты Фло обернулась к лестнице на звук шагов.

В кухню вошла Роза Мулине, одетая в простые муслиновые юбку и блузку, ее волосы, еще мокрые после купания и непричесанные, казались разбившимися на небольшие медного цвета пряди. Глаза были темны от гнева.

– Что он здесь делает?

– Я следила за Биллом, как ты велела. Они подрались, и я не знала, куда его вести, честное слово, не знала. Он ранен.

«Любопытное зрелище», – подумал Блэар. Маленькая Роза заполняла собой всю комнату так, что на ее фоне массивная Фло становилась почти еле заметной.

– Зачем было его сюда тащить? Это же глупость! Он грязен, как шахтер, и только. Ему нужны лишь вода и мыло, и он снова будет выглядеть как всегда.

– Поверьте, я и сам меньше всего хотел здесь оказаться, – проговорил Блэар.

– А я вас меньше всего хотела бы видеть, так что мы квиты, – ответила Роза.

– Роза, единственное, что вы должны были сделать, это передать клоги Биллу, как я вас просил, и сказать, что вы принадлежите ему и только ему одному и что драться с ним я не собираюсь. Тогда бы он не пытался меня убить, и я бы не сидел сейчас здесь.

– Я вам не служанка, чтобы быть у вас на побегушках. – Она ткнула кочергой в угол кухни. – Вон ваши клоги. Отнесите их сами.

– Не может он никуда идти, – возразила Фло. – Посмотри на его голову.

Роза взяла у Фло лампу и пробежала рукой по волосам Блэара, вначале грубо, потом все мягче и мягче. Он почувствовал, что внезапно рука ее словно одеревенела.

– Ну, может быть, вода и джин, – проговорила Роза.

Фло разожгла огонь посильнее, чтобы нагреть воды. Роза налила Блэару джина. Что можно было всегда достать в Африке, так это хороший голландский джин; ничего не поделаешь, в любой жизни есть свои ограничения.

– Почему бы вам не позвать врача? – спросил Блэар.