Джоселин затаила дыхание, ожидая чего-то страшного. Нет конца этому противостоянию. Никогда не ослабнет натянутая струна, если ее не разрубит меч.

Шепот, словно зловещий ветерок, пробежал по холлу. Любопытные или ненавидящие взгляды были обращены на Нормандского Льва и на его противника.

Ричард де Люси, словно щитом, загородил собой обоих рыцарей.

— Ваше Величество, не считаете ли вы нужным свершить брачную церемонию безотлагательно? Иначе невеста сразу станет вдовой.

Стефан устало кивнул.

— Назначим свадьбу на завтра. Найди Монтегью и передай ему мою волю. И покончим с этим делом… Надеюсь, астролог сочтет завтрашний день подходящим.

Остаток дня прошел в хлопотах. Джоселин благодарила небеса, что заботы по хозяйству не оставляли ей времени для размышлений о себе. Когда она разыскала Аделизу и сообщила ей о назначенной на завтра свадьбе, сестрица вновь ударилась в слезы, а потом начались ее обычные приступы мигрени.

Джоселин уложила сестру в постель и хлопотала вокруг, утешала и успокаивала, пока та не заснула. В кухне творился хаос. Испуганные служанки не знали, как справиться с огромным количеством снеди, которую подвыпившие в честь предстоящего праздника слуги вытащили из кладовых. И никто не мог подсчитать количество гостей за свадебным столом.

«Одна надежда, что кто-то кому-то перережет горло ночью, и их станет поменьше» — такая жуткая мысль не покидала Джоселин.

Она возвратилась в свою комнату, чтобы переодеться к ужину. Отец приказал им с Аделизой обязательно присутствовать на застолье. Как заставить сестру встать с кровати, утереть слезы и вообще привести себя в порядок, она не представляла.

Сама Джоселин, быстро освежив тело из кувшина с теплой водой, надела свое лучшее золотисто-желтое платье, а наряд Аделизы из бледно-розовой тонкой шерсти она швырнула сестре на кровать.

— Моя драгоценная Аделиза! Не пора ли перестать разыгрывать из себя страдалицу?

Она присела на краешек кровати и принялась уже в который раз смачивать холодной водой горячий лоб Аделизы.

— Все твои страхи напрасны, сестрица. Лорд де Ленгли будет тебе прекрасным мужем. Он поклялся мне, что не обидит тебя.

Аделиза чуть приоткрыла слипшиеся от долгого плача ресницы. В ее взгляде была такая тоска — сродни той печали, что угнетала и Джоселин.

— Как ты не понимаешь, сестра, что сердце мое разрывается на кусочки, как только я подумаю о завтрашней свадьбе, — прошептала Аделиза. — Ведь я стану под венец с Робертом де Ленгли. Моим женихом будет этот страшный человек, а не Эдвард.

Джоселин добавила в воду уксуса и продолжила смачивать виски Аделизы. Это домашнее средство безотказно действовало на девиц, склонных к истерике.

— К сожалению, Аделиза, я не могу разделить с тобой твои страхи. Может быть, на тебя повлияли дурные сны? Неужели ты вообразила, что тебя отправят к чужим жестоким людям и оставят без опеки? Да наш отец на голову встанет, если де Ленгли не позволит ему с тобой видеться и пожаловаться на плохое обращение.

— Опять ты меня не поняла, Джоселин. — Аделиза горестно покачала головой. — Речь идет не об этом. Я жила в семье, где меня любили, а сейчас отдают в руки чудовищу, который убил свою супругу.

— Это всего лишь злобная клевета. Жена де Ленгли скончалась от лихорадки.

— Но Эдвард так не думает.

Джоселин с подозрением взглянула на сестру.