|
— Если бы на ней были спелые яблоки, мы могли бы устроить пир. Клер рассмеялась. — Никогда об этом не думала, но теперь вижу, что, прежде чем стать бывалым путешественником, требуется освоить целый свод наук. Никлас вновь свернул кнут и положил его на прежнее место, потом показал жене на птицу, сидящую на ближайшем дереве. — Здесь неподалеку есть цыгане. Клер с сомнением оглядела черно-белую птичку. — По-моему, это просто обыкновенная трясогузка. И при чем тут… — Ее ещё называют цыганской птицей, — сказал Никлас. — Если ты увидел такую, значит, поблизости есть цыгане. Клер осмотрелась, но они находились высоко на холмистом нагорье, и единственным следом пребывания здесь человека была узкая дорога, по которой они ехали. — Эти твои цыгане, похоже, хорошо замаскировались. — Смотри в оба, и мы их увидим. Примерно через полмили он указал на одно из деревьев. — Видишь ту серую тряпицу, привязанную вон к той ветке? — Когда она кивнула, он объяснил: — Этот знак говорит идущим следом таборам, что один табор здесь уже прошел. Такой знак называется «патриц», что значит «лист», и он может иметь различные формы: кучи прутьев или камней, или прикрепленная к ветке тряпка, как этот. Видишь, он привязан выше уровня глаз обычного всадника? Если не знаешь, где его искать, то легко пропустишь. — Значит, таким образом ваши родичи передают друг другу сообщения? — спросила заинтригованная Клер. — Очень умно. Кстати, ты знаешь людей, которые оставили это послание? — Очень может быть, ведь я побывал в каждом таборе, которые регулярно кочуют в Уэльсе. — Он внимательно поглядел на серую тряпку. — Собственно говоря, я могу с уверенностью сказать, что эта тряпица оставлена одним из пяти знакомых мне таборов. Между прочим, в нескольких милях отсюда есть становище, где часто разбивают лагерь цыгане. Хочешь их посетить? — О да, с удовольствием. Но погода им не благоприятствовала. Все утро то и дело накрапывал дождь, а после полудня начался затяжной ливень. Клер не жаловалась — живя в Уэльсе, нельзя не привыкнуть к сырости, но день тем не менее утратил для неё свою приятность. Когда она зябко запахнулась в плащ, Никлас сказал: — Здесь поблизости есть хижина для путников. Хочешь, мы там переночуем? — С радостью! — с жаром ответила Клер. Дощатая хижина была расположена неподалеку от дороги, в роще высоких деревьев. Это была крепкая двухэтажная постройка, и рядом с нею даже имелся отдельный сарай для лошадей. Когда они спешились, Никлас сказал: — Иди в дом и согрейся. Мне совсем не хочется, чтобы ты простудилась во время нашего медового месяца. — Он игриво улыбнулся. — Уж если тебе и придется соблюдать постельный режим, то пусть это будет по другой, более приятной причине. Клер рассмеялась и вошла в хижину, всю обстановку которой составляли только стол и несколько стульев. Через пару минут Никлас внес внутрь седельные сумки и охапку сухого хвороста, который хранился в сарае. Затем снова вышел под дождь, чтобы устроить в сарае лошадей. |
