— Я просто повторяю то, что мне сказал Гидеон.

Лукас рассмеялся и вновь прильнул ко мне.

— Ранимость настигает неожиданно. Особенно сейчас. Фактор Нового года.

— Что ты имеешь в виду?

Его лицо перекосилось от боли.

— Прочитай меня.

Я связалась с его разумом и увидела выложенное для меня воспоминание. Шестилетний Лукас проталкивается между гигантскими фигурами взрослых в праздничных одеждах, стоящими у экспресс-ленты. Доходит до мужчины в бордовом с золотом наряде и тянет его за руку. Мужчина грубо отталкивает ребенка.

— Я не знала, что твой отец ушел во время новогодних праздников.

«Отец ушел за месяц до Нового года. Я обнаружил, где он живет. Пришел на праздники в нужный район и нашел его как раз перед Новым годом. Пытался поговорить с ним. Большая ошибка. Нежелательное присутствие».

Обычно, когда Лукас вел со мной мысленные разговоры, его уровень предвысказанных мыслей выглядел четко организованным. Сейчас слова складывались в короткие дробные предложения, разделенные волнами эмоций.

— Если мы собираемся провести Новый год с моими родителями, — сказала я, — возможно, следует предупредить их, что для тебя это сложное время.

Лукас ответил не словами, а чувствами и образами.

Я нахмурилась.

— Очевидно, на подростковом уровне ты попал в особенно бессердечную группу. Уверяю тебя, мои родители отреагируют не так. Они будут очень милы.

Я поколебалась.

— Не уверена, что и Грегас будет мил, но не стоит о нем беспокоиться. Если он скажет что-нибудь бесчувственное, родители его заткнут.

Лукас выдавил короткий смешок.

— Можешь мне кое-что объяснить?

«Да?»

— Улей поощряет людей обрывать после лотереи старую подростковую дружбу, чтобы избежать проблемы зависти, — сказала я. — Понимаю, почему он не старается заодно подтолкнуть и к разрыву с семьей. Я бы не смогла справиться с потерей родителей, а Грегас… Ну, временами он действительно раздражает, но он мой брат.

Я пожала плечами.

— Но я не понимаю, почему именно в Новый год улей делает такой упор на семейные узы. Это кажется излишне болезненным для людей, оставшихся без семьи.

Сейчас уровень предвысказанных мыслей Лукаса выглядел безупречно организованным, а слова приобрели особый вкус, звук и цвет, означавшие, что он вытаскивает информацию из своего импринтинга.

«В улье существуют четыре празднества, разделенные равными промежутками времени. Праздник, Валентин, Хеллоуин и Новый год. Все четыре направлены на определенные жизненно важные цели. Поддержание населения улья. Снижение числа людей повредит производительности и приведет к социальной нестабильности».

«Празднества-близнецы — Праздник и Хеллоуин — подчеркивают опасность Внешки и надежность улья, отговаривают людей пользоваться правами по межульевому договору и переезжать в другие города. Валентин способствует углублению романтических отношений и их переходу в долговременную связь. Новогодние празднества концентрируются на преемственности семей, собирая вместе нынешние поколения и формируя мысли о символах новой жизни и будущих поколениях».

Я моргнула.

— Хочешь сказать, Новый год призван подтолкнуть пары к рождению детей?

Лукас вновь заговорил вслух.

— Да.

Я вернулась в свою голову, чтобы переварить информацию.

— Никогда раньше не задумывалась о проблеме населения, но это должно означать, что всем в улье надо непременно вырастить стандартных двоих детей. Не уверена, что это работает. Несмотря на день Валентина и Новый год, есть люди, которые не хотят потомства.