Тео соскочил с подножки дилижанса и пустился в объяснения случившегося.

— Хезер подумала, что сможет найти здесь какие‑нибудь улики для поиска настоящего вора. Она убеждена, что кто‑то из ее компаньонов по путешествию подбросил ожерелье ей в корзину. — Юноша внимательно и серьезно смотрел на сердитое лицо дядюшки.

Фалько нес Хезер легко, как перышко. Ей было хорошо на его руках. Это напоминало что‑то приятное из ее прошлой жизни.

— А я верю ей, Фалько. Мисс Максвелл — человек редкой честности и душевной силы. Кроме того, она обнаружила, что кто‑то украл у нее сладкую булочку на пути от Лондона сюда, — добавил Тео.

— Украл булочку? Похоже, за эту кражу теперь кому‑то грозит виселица, — саркастически заметил Фалько. Он посмотрел на свою ношу, которая у него на руках начала вертеться и извиваться.

У Хезер кружилась голова, она трясла ею, пытаясь этим придать четкость своему взору.

— Какая булочка? — спросила девушка заплетающимся языком. Увидев лицо мистера Блэкхерста так близко, она вздрогнула и, улыбнувшись, инстинктивно подняла вверх руки и обвила ими его шею. Пальцы ее стали перебирать его черные локоны. — О, такие жесткие и такие красивые, — произнесла Хезер, удовлетворенно вздохнув. Ее голова прижалась к плечу Блэкхерста, прическа растрепалась, и она с трудом удерживала свои локоны от полного беспорядка — но безуспешно.

— Клянусь небесами, мне кажется, что эта девушка влюбилась в вас, дядюшка, — восторженно заключил Тео.

Как только эти слова достигли ушей Хезер, она сразу же напряглась. Что Тео имел в виду? И почему он это сказал? Девушка не понимала, что случилось…

— Она находится под действием винных паров, и в этом все дело, Тео. Как вы могли, баранья ваша голова, лечить ее с помощью рома? Кроме простуды, она получит еще и адскую головную боль. А теперь и мне самому грозит простуда, и мой характер сделается от этого совершенно несносным, — мрачно заметил Фалько. — Вам лучше исчезнуть подальше с моих глаз, любезный племянник.

Пальцы Хезер продолжали смелое путешествие среди кудрей мистера Блэкхерста все время, пока тот нес ее к таверне. Она смеялась и несколько раз пыталась поцеловать его в теперь уже порозовевшую щеку.

— Я просто не могу удержаться, — говорила девушка, блаженно вздыхая, но смутно сознавая, что его глаза сейчас горят ледяным блеском.

— Вы меня поражаете, дядюшка, старый вы развратник! Она заставила вас покраснеть до корней волос, Фалько. Я никогда не думал, что вы способны на такое, — весело объявил Тео.

— Хватит комментировать, Тео, иначе я побью вас кнутом, — предупредил Блэкхерст и огненным взором посмотрел на Хезер. Ее пальцы путешествовали по спинке его носа и очертаниям губ. Ему вдруг пришла мысль, что если бы они сейчас оказались вдвоем, то его реакция, возможно, была бы совсем иной. Нежные розовые губы этой девчонки были готовы для поцелуя, а кончик языка цвета коралла на нижней, довольно пухлой губе внезапно зажег у него внутри настоящий костер. «Что могло так привлечь меня в этой воровке?» — подумал он и почувствовал отвращение к самому себе. Но когда Хезер затихла, прижавшись к его шее и тем самым изрядно подпортив складки его шейного платка, в сердце мужчины вновь разлилось приятное тепло. Он, к своему удивлению, обнаружил, что страстно желает того, чтобы мисс Максвелл оказалась невиновной во всех грехах.