Глубинное присутствие, темная форма на задворках сознания Киры, шевельнулось, и девушка снова нацелила винтовку в прежнее место. «Только покажись, — думала она, мысленно призывая, чтобы существо вышло на свет. — Дай мне только один шанс, и я окончу это шоу ужасов раз и навсегда».

— Вы должны понимать, что в этой атаке нет ничего личного, — произнес голос, и Кира почувствовала, как ее сердце ухнуло вниз, земля ушла из-под ног, а весь мир прекратился в бездонную черную дыру. — Мы пытаемся сохранить этот мир, чтобы он мог стать частью нового. Считайте это честью: ваше тело и ваша кровь послужат семенами для нового Эдема.

Он вошел в коридор с противоположного конца, и винтовка Киры опустилась от щеки, выпала из рук и ударилась о пол, а девушка уставилась на Кровавого Человека, который шел по направлению к ней, освещенный яркими флуоресцентными лампами.

— Кира? — произнес Маркус. Грин поднял винтовку, готовый стрелять, но Кира сумела только поднять руку и покачать головой.

Девушка чувствовала, как ее ноги дрожат, живот скручивается узлами, а руки хотят потянуться вперед и прикоснуться к нему, хотя разум вопил, чтобы она бежала, остановила его, убила его, закричала. Она оперлась о стену и неотрывно смотрела в лицо, которое являлось ей в снах, а затем произнесла слово, которое не срывалось с ее губ с тех пор, как ей было пять лет.

— Папа?

Глава 36

Армин Дхурвасула уставился на Киру в ответ. Его темные глаза сверкали, оценивая ее. Кира чувствовала его эмоции через линк — удивление, и неуверенность, и яростную решимость, столь мощную, что у девушки зашлось дыхание. Ее отец сделал шаг вперед, будто пытаясь получше ее рассмотреть, и на его лице расплылась широкая, почти мальчишеская улыбка.

— Кира! — крикнул он и бросился бежать к ней, вытирая руки о полотенце. — Кира, ты жива!

Грин поднял винтовку, собираясь открыть огонь, но Армин ошеломил его таким мощным потоком линка, что у даже Киры подогнулись колени. Маркус схватил ее за руку, чтобы не дать упасть. Когда Армин приблизился, Кира сама крепко сжала руку Маркуса.

— Не прикасайся ко мне, — прошипела она отцу.

— Кира, — произнес Армин. — Ты не представляешь, как я счастлив видеть тебя. Я был уверен, что ты погибла во время Раскола — разумеется, у тебя был иммунитет против РМ, но, когда я наконец добрался до дома, тебя там уже не оказалось.

— Я… много недель была одна.

— Это было время хаоса, — сказал Армин. — Но сейчас ты здесь, и вместе мы можем сотворить так много…

— Чем ты занимаешься? — требовательно спросила Кира. — Это ты Кровавый Человек? Это ты оставляешь… повсюду… расчлененные трупы? Как ты мог?

— Я сохраняю их, — просто ответил он. — Миру приходит конец. Ты думала, что концом света был Раскол, но он, по сравнению с происходящим сейчас, — всего лишь пушечный выстрел. Последние тринадцать лет были долгим, медленным, кровоточащим трепыханием иллюзии жизни на пути к настоящему моменту — окончательной гибели.