— Не обращай внимания. — посоветовала Маргиана Аргентору, — У каждого свои упрёки Рушеру.

— Можно я присяду с вами? — осторожно спросил он.

— Есть новости. — поделилась с ним Маргиана. — И не все хорошие.

— Ты обещала, — проронила Нимуё и соскользнула в воду.

— Что с ней? — Аргентор не мог привыкнуть к тому, что с Нимуё можно говорить, как с человеком. Его память облекала её в нечеловеческий облик могущественной волшебницы, с которой рядом смертный не мог дышать.

— Нимуё русалка, — сообщила ему Маргиана.

— Я знаю. — проронил недогадливый Ланселот. — А что ей надо? Вы с ней даже говорили.

— Всё просто: Джиневра умерла. Нет, нет, не сердись. Наяна тоже умерла. Ааренс умер.

И, увидев его расширившиеся глаза, пожалела о своей резкости. За это она и была наказана немедленно: пришлось второй раз рассказывать о гибели Ааренса, о его ужасной кончине. Её утомило это занятие, и она умолкла.

— Вот затем я здесь! — объявила вынырнувшая фея. — Поехали, Маргарет, расшибем в пыль эту чёртову колонну. Прошвырнемся по отелю! Померяем платьишки из твоего гардеробчика! Завалимся на кухню, понюхаем урзоев! Закатим вечеринку! Вперёд, на Рорсеваан!

Нимуё взлетела, сверкнув плавником, и круто пошла вверх.

— Что это с ней? — ошеломленно спросил Аргентор. Не думал он, что фея может так себя вести.

— Рыбья кровь, Боб. Просто рыбья кровь! — воскликнула Маргиана. — Такой диагноз!

И тоже взмыла с места, оставив его далеко внизу осмысливать события.

* * *

— Фарид! — в который раз крикнул Рушер и со злостью добавил: — Бросить бы кретина в переплавку!

Он направился на кухню сам.

— Что это? — удивился Владыка минутой позже. — Где же кухня?!

Кухни не было. Была только ровная стена без всяких следов входа. Рушер был изумлен и сбит с толку. Это что-то небывалое. Он растерянно огляделся. Потом отправился на поиски Морриса. Может, тот сумеет что-то объяснить.

Красавчика он не нашёл. Алисии тоже не было ни в старом жилье, ни в новом. Владыка призвал к себе Синкретов.

— Здесь чужой, — сообщил ему Фортисс, — мы не поймали его.

— А что же раньше молчали?!

— Хозяин, ты не сообщил, куда ушёл.

— Что за чужой? Приметы.

— Синий. — сообщил Стиассар.

— Очень синий. — подтвердил Муаренс.

— Я видел его на Урсамме, когда поймал пророка в деревне монков. — более обстоятельно доложил Фортисс. — Синий-синий, как я.

Вот это номер! Кто же этот синий-синий, очень синий? Синкреты, понятно, не могут знать.

— Найдите мне Морриса. Найдите вообще всех. — хмуро повелел Рушер, — И выясните, что случилось с кухней.

Синкреты умчались, а голодный Рушер остался один. Ему всё не нравилось. Вся эта беготня по дворцу была подозрительной. Гости приходят и уходят, когда хотят. Никто не говорит «тук-тук», никто не спрашивает, можно ли войти. Рорсеваан вовсе не так неприступен, как ему казалось. Так стоит ли дорогого гостя оставлять тут, на всеобщее обозрение?

Придя в тронный зал, Рушер прихватил колонну полем и легко потянул за собой в лабораторию. Однако кушать хочется.