|
А как поломка какая - пузырь, или трещинка в рельсе, или, там, гайка от шпалы отскочит, надлежало мне на путях стать, да фонарём размахивать, чтобы беды с паровозом не вышло. Словом, был себе, и горя не знал. Только случилось со мной помутнение, обозвал вдруг, ни с того, ни с сего, жену я свою любезную обезьяной уродливой, а она подумала, что не люблю я её больше - пошла, и в тот же день в баньке холодной удавилась, потому, как любила меня пуще жизни. Хотел я под поезд броситься, да только поезда по этой ветке редко ходят. Сел я на стульчик венский состава подходящего ждать, да так и сижу тридцать лет без дня. Вон и пёс со мной. Давно бы помереть ему по мере лет пёсьих. Видно, рядом с хозяином не берёт его смерть…
Замолчал старик, а путевой обходчик Бескудников кинулся к дому, а дома то и нет в помине. Только печная труба торчит, брёвна обугленные, и остав кровати железной с ржавыми шариками и перекладинами. А на земле повсюду из пепла цветы голубые колыхаются, точно в тех местах, где слёзы женины некогда через половицы просочились. Закричал тут путевой обходчик Бескудников, завыл как гудок паровозный, бросился бежать по путям, да только всё в одно и тоже место прибегал, где старик на венском стуле сидел, узловатые руки на тощие колени положив. А железная дорога вдаль между холмов уходит, словно ехать по ней и ехать, и проезжать леса, поля, и горы, и реки, и города, и мосты, и гулкие тоннели, и посёлки, где вприпрыжку за паровозом босоногие дети. И глядит наплаканными глазами туда, где рельсы за горизонт, словно ремешок кто-то в снег бросил. Исраэль Малер СИЗИФИК У Сизифика рот всегда набит камушками. Сиэифик мечтает стать косноязычным. - Почему, - спросил он меня, - у одних - "Храни Короля", а у других - "Спаси Царя"? Когда, скрежеща панцирями, мы плетемся в ночи, Сизифик бежит за нами, изображая собаку. Он низко, к земле, опускает морду и так частит ногами, что кажется, их впрямь не более четырех. (Мне рассказывал знакомый моего знакомого, что у них в саду Сизифик с этой же целью складывал задние руки и передние ноги на груди и животе). Шутники утверждают, что запрещение использовать Сизификов в сельском хозяйстве снизило не только уровень сбора карнанов, но и умственный уровень сезонных рабочих. И не потому ли самые оригинальные философы находятся в тех кабаках, куда не запрещается приводить с собой Сизификов? Отмечался рост поголовья Сизификов после эпохи Большой охоты, ибо они как никто обладают способностью к имитации и адаптации, т. е. к подражанию и приспособлению. КЛАУСТРОФИЛИЯ Итак: в очередной раз я приступаю к написанию этого текста, который уже неоднократно ломал рамки свои и исчезал. Итак: это песня победы и поражения. 0.0. Никто никогда не покинет замкнутого пространства. 0.1. Мир и все другое в мире есть замкнутое пространство. 0.2. Бесконечность есть бесконечно замкнутое пространство. 0.3. С лица Бога мы увидим: степь, море, вселенная, космос есть замкнутые пространства. Каждое по себе самое. 2кл. 1.0. Я положу во главу угла камень, под который вода не течет. И то: насколько нужно быть тупым - желать, чтоб под тебя вода текла, смоет ли, сточит ли. 1.1. Прославим сапожника Б., тачавшего под деревом сапоги, пока одни точильщики дырявили Время, а другие нарезали его, как колбасу, на циклы. 1.2. Кто на бегу заметит яблоко, устремившееся к Земле? 1.3. Выпущенный к путешествию писатель не покидает каюты. |
