— Я думаю, можем, — осторожно ответила она и сразу почувствовала неизбежность этого шага, как будто так было предопределено самой судьбой.

— Ты не пожалеешь об этом, — заверил Патрик. — И Ник тоже.

Словно издалека услышала она свисток, после которого обе команды прокричали приветствия друг другу и судье. Игра закончилась. Ник, на чумазом от грязи лице которого светилась улыбка, подбежал к матери.

— Здравствуйте, мистер Садерленд! — крикнул он, возбужденный игрой и выпавшей на его долю славой. — Вы видели, как я забил гол? Я сначала побежал не туда, но потом услышал, как закричала мама, и повернул в другую сторону!

Ник даже подпрыгивал от избытка чувств. Патрик поздравил его, и Кейт поняла, что уже поздно идти на попятный: молчанием она уже как бы подтвердила свое согласие на предложение Патрика предпринять новую попытку сблизиться.

Патрик выразил желание отвезти их домой на своей машине.

— Ник весь в грязи, так что мы лучше пойдем пешком, — поблагодарив, отказалась Кейт.

— Это всего-навсего машина, — медленно сказал Патрик, глядя ей прямо в глаза.

Кейт с сомнением посмотрела на дорогой темно-серый сверкающий автомобиль.

— Ну, если ты не боишься…

— Я не боюсь, — спокойно подтвердил он.

Когда они забрались в салон, Патрик проверил, пристегнулись ли пассажиры ремнями безопасности, и только тогда завел двигатель. Ник с довольной ухмылкой на лице высунулся из окна и помахал своим друзьям.

Когда они подъехали к дому, Кейт впервые заметила, до чего он маленький и неказистый. Вздохнув украдкой, она расправила плечи и открыла дверь. На них пахнуло сырым прохладным воздухом. Солнце ушло, и в комнатах было мрачно, промозгло и неуютно. Мне все равно, я не стыжусь своего жилища, с вызовом подумала молодая женщина.

— Ник, быстро в ванну и не забудь отскоблить свои черные ноги, — распорядилась она. — Патрик, что ты будешь — чай или кофе?

— Чай. Я могу сам приготовить. — Увидев удивление Кейт, он с улыбкой пояснил: — Я подумал, что тебе надо приготовить ванну для Ника, достать чистую одежду…

— Ник вполне способен сам приготовить себе ванну, и он знает, где лежит его одежда. У тебя была няня в детстве?

Патрика вопрос явно озадачил.

Иногда, когда Ник хмурился, он был очень похож на Патрика, когда тот сводил брови на переносице. Кейт подумала, что весьма прозорливо дала сыну второе имя Патрик.

Но с прошлым покончено, теперь она жила в настоящем, которое вдруг стало пугающим и волнующим. Оно предлагало ей шанс стать счастливой, если только она сможет дотянуться до этого счастья.

— У меня была няня, пока меня не отослали в пансион, — ответил Патрик, следя за передвижениями Кейт по небольшой кухоньке.

— Сколько тебе было лет?

— Семь. — Патрик почувствовал ее невысказанное возмущение и поспешил оправдать своих родителей: — Отец и мать много ездили. Я, конечно, скучал по ним и по няне, но мне нравилось в пансионе.

— Ты забрал с собой плюшевого медвежонка?

Патрик засмеялся.

— Да. Все дети привезли с собой игрушки. Но пансион, разумеется, не лучшая альтернатива для ребенка. Детям ничто не может заменить любящую семью. Мои дети будут жить дома, и я буду уезжать лишь в случае крайней необходимости.

Что он пытается этим сказать? — подумала Кейт, но тут же решила, что не следует искать скрытый смысл в каждой его фразе. Услышав доносящийся из ванной шум льющейся воды, она заметила:

— Детям нужны родители.

У Кейт мелькнула мысль, что Патрик может расценить ее слова как признание в том, что Нику не хватает отца.