Слушая разговор Патрика с Ником, Кейт задавалась вопросом, сможет ли выстоять, если ее возродившаяся любовь снова потерпит крах?

Смогу, ведь я всегда находила в себе силы справляться с трудностями, которые вставали у меня на пути. Но, с другой стороны, зачем напрашиваться на них?

Ее размышления прервал Ник, заявивший:

— Мы можем пойти пообедать на пристань. Мам, помнишь, мы видели несколько кафе там, когда ходили смотреть на корабли? — Ник снова повернулся к Патрику. — Маме понравился пароход из Сиэтла, а мне корабль из Гамбурга!

Патрик бросил взгляд на Кейт, в его глазах плясали веселые огоньки.

— Я подумал, что мы могли бы пообедать где-нибудь.

Вот мой последний шанс сказать Патрику «нет», заставить его уйти из нашей с Ником жизни, подумала Кейт. Она посмотрела на счастливое лицо сына и поняла, что не сможет воспользоваться этим шансом. Если она снова убежит от Патрика, то уже никогда не простит себе этого.

— Великолепная идея, — натянуто улыбнулась Кейт, постаравшись скрыть смятение. — Мне придется переодеться во что-то более приличное.

Патрик прошелся оценивающим взглядом по ее фигурке. Зеленая кофта и джинсы — старенькие, но хорошего качества — очень шли ей. Кейт чувствовала, как его глаза бесстыдно раздевают и ласкают ее. К ее ужасу, соски ее грудей напряглись и проступили через мягкую ткань джерси.

— Ты и так прекрасно выглядишь, — тихо сказал Патрик. — Пойдемте.

Ник перевел взгляд с одного на другого и громко спросил:

— Мама, ты хочешь, чтобы я тоже переоделся?

— Нет, на тебе и так самое лучшее, что у тебя есть.

Идя к двери за матерью с сыном, Патрик иронично заметил:

— Собственник.

— А что это? — обернулся Ник.

— Это ты, — улыбнулся Патрик малышу. Ник, как уже было не раз, вернул улыбку.

Патрик открыл дверь и посторонился, пропуская Кейт вперед. Ник сделал то же самое. У Кейт сжалось сердце: если Патрик передумает и испарится без следа, тем самым он нанесет мальчику страшную душевную травму. Ведь Ник уже сейчас смотрит ему в рот, ловит каждое слово, копирует все жесты, поступки…

Идя по дорожке к машине Патрика, Кейт с беспокойством думала о том, что они с Ником прожили вдвоем слишком долго и появление в их спаянной семье третьего человека может внести существенные коррективы в ее отношения с сыном.

7

— Мне понятно, почему ты согласилась пойти сюда, — ты всегда любила море, — сказал Патрик, когда они шли от парковки к бухте. — Все это построено недавно? — спросил он, оглядываясь.

— Да. Ты часто бывал в Вангарее? — Кейт было больно сознавать, что Патрик приезжал сюда, а она об этом не знала.

— Бываю периодически, по делу, — бросил он, продолжая осматривать новые здания. — Городские власти здорово здесь поработали.

Действительно, бухта с ее пешеходными дорожками и растительностью, с магазинами и ресторанами, с музеями часов и морских рыб превратилась в оживленный, процветающий уголок.

— Мама любит пароходы, — сообщил Ник, глядя на красивый белый шлюп, напоминающий цаплю в грациозном полете.

Пароходы, особенно яхты, — большие, с изящными изгибами линий, олицетворяющие путешествия и свободу, — всегда будоражили воображение Кейт. Жизнь это выбор возможностей, которые можно принять или отвергнуть. Отказавшись от аборта, Кейт сознавала, что ей придется от многого отказаться ради ребенка, но она ни разу не пожалела о своем выборе.

— Ты прав, — мягко произнес Патрик.