|
Рефлекс сработал так быстро, что он не успел себя остановить. Лишь миг он наслаждался прикосновением ее тела к своему, и тут же заставил себя ослабить хватку. Прошлой ночью Кит кое-что себе пообещал. И одним из этих обещаний было не давить на Ноэль, не подталкивать ее. Да, он ее хочет. Ему и прежде случалось желать женщину, но он никогда не торопил события. Он знал цену терпению и всегда предоставлял женщине возможность найти свой собственный ритм в их взаимоотношениях. Действовать силой, хватать было ему несвойственно. Но вот что странно — с Ноэль его тянуло поступить именно так. Ему хотелось заключить ее в объятия прежде, чем она успеет опомниться и ускользнуть от него. Ему хотелось заставить ее почувствовать, как хорошо им было бы вместе, хотелось заставить ее поделиться с ним ее секретами.
— Не хочу, чтобы вы ушиблись, — пробормотал он наконец и отвернулся от ее улыбки, которая постепенно таяла, уступая место любопытству. Ноэль несколько мгновений изучала его лицо. У нее возникло ощущение, что Кит сейчас с ней лишь наполовину. — Сегодня утром вы какой-то другой, — прошептала она, пока он вел ее к гостиничному автобусу, поджидавшему пассажиров, чтобы отвезти их в аэропорт. Кит вслед за ней поднялся по ступенькам в салон и только потом ответил: — Я вообще по утрам не в своей тарелке. Он устроился рядом с ней. Ноэль глубоко вздохнула. Она догадывалась, что он что-то скрывает. — Я тоже плохо спала, — тихонько призналась она. Кит взглянул на нее, удивленный ее откровенностью. Впрочем, она ведь все время была с ним откровенна. Замешательство и странное смущение, написанные на ее лице, вызвали в нем мучительное желание схватить ее в объятия, ласками стереть тревожную морщинку на лбу. Искушение было настолько велико, что он поспешно сунул руки в карманы и откинулся на спинку сиденья. — Правда? Она кивнула. Ей было бы куда легче говорить с ним, если бы он взял ее за руку. — Я не слишком храбрая. Я боялась. — Вы передумали? — Не успев закончить вопрос, Кит уже весь напрягся в ожидании. — Нет. — Уголки ее губ чуть дрогнули, но в этой улыбке сквозило не веселье, а скоре грустная самооценка. — Хотела. Но не передумала. Напряжение вышло из него с глубоким выдохом, он усмехнулся, в глазах заплясали искорки облегчения. — Я рад. — Наклонившись, он оставил быстрый поцелуй на ее щеке. — Очень рад, — повторил он и, обняв одной рукой за плечи, прижал ее к себе. Ноэль окунулась в его тепло, и теперь уже по-настоящему радостная улыбка заиграла на ее губах. — Я тоже, — шепнула она в тот момент, когда еще две группы пассажиров стали подниматься в автобус. По дороге в аэропорт они перебросились всего лишь парой слов, но их молчание с лихвой компенсировали окружающие. Рука Кита по-прежнему обнимала ее плечи, пока они стояли в очереди к билетной кассе. Пару минут спустя улыбки с их лиц исчезли. — То есть как это — нет билетов? Они были заказаны. Мне подтвердили, что для нас забронированы два места сегодня на восемь утра. — Сузившиеся глаза Кита сверкали негодованием, хотя в его тоне не прозвучало и части того возмущения, которое клокотало в его мыслях. Девушка за стойкой изобразила любезную улыбку: — На восемь вечера, сэр. Сегодня на восемь вечера, а не утра. Кит захлопнул рот, подавив готовое сорваться с языка проклятие. Помолчал, пытаясь вернуть самообладание. — Это невозможно. Мне необходимо быть в Денвере в два часа дня. Девушка явно прониклась сочувствием. — Я была бы рада помочь вам, сэр, — объяснила она, — но у нас просто нет мест на более ранние рейсы. |
