Она рассмеялась.

— Ты уж лучше смотри свой матч. А я пойду займусь ужином, приготовлю блины.

У Кэллума загорелись глаза. Он обожал ее блины.

— Ты самая чуткая женщина на свете.

Кэтрин улыбнулась жениху и пошла на кухню. Ей всегда нравилось, что Кэллум относится к ней как к обыкновенной женщине, а не как к богине. Другие мужчины пытались поразить ее дорогими ресторанами и грандиозными шоу. Этот же человек предпочитал провести спокойный вечер в ее или своей квартире. Ему нравился домашний уют, а от ее стряпни Кэллум, вообще любитель поесть, приходил в восторг. И этим доставлял Кэтрин искреннюю радость.

Со временем она забудет прошедшую неделю, успокаивала себя Кэтрин, доставая яйца и молоко из холодильника. И Закери Бэллантайн станет для нее человеком, с которым она когда-то приятно провела время и к которому испытывает благодарность за то, что однажды он спас ее.

Теперь, когда она знает, кто ее спаситель, и когда она смогла хоть как-то выразить свою благодарность, она может продолжать спокойно жить дальше и всякие навязчивые сновидения перестанут ее мучить.

Кэтрин начала взбивать яйца. Из комнаты раздался победный крик. Она улыбнулась. Скоро ее жизнь вернется в свое обычное русло.

Спустя двадцать минут она подала Кэллуму тарелку с блинами, политыми золотистым сиропом. По телевизору передавали новости. В конце выпуска ведущая сообщила:

— Альпинист, которому удалось выжить в злополучной новозеландской экспедиции на Гималаи, снова чуть не погиб, на этот раз неподалеку от дома. Подробности слушайте в вечерних новостях.

Кэтрин замерла, уставившись на экран, где теперь по полю бегали мужчины в грязных шортах.

Чуть не погиб? Альпинист? Закери? Он ранен?

— Садись, дорогая, — проговорил Кэллум с набитым ртом. — Блины просто превосходные.

— Кэллум!

— Ммм?..

— Они что-нибудь говорили еще об этом альпинисте? Они сказали, кто он?

Кэллум покачал головой.

— По-моему, нет. — Взглянув на Кэтрин, он нахмурился: — Что случилось? — Отставив блины, он усадил ее рядом с собой. — Я и не знал, что ты знакома с альпинистами.

— Я знаю Закери Бэллантайна.

— Ну, мы разговаривали с ним один раз. Но ведь это не значит, что мы стали друзьями, не так ли? Я имею в виду, что, конечно, очень жаль, если пострадал именно он, но…

— Нет, я его знаю. Я встретила его в Вакапапе, когда ездила кататься на лыжах. Снова встретила его.

— Но ты ничего не говорила. — Кэллум выглядел озадаченным.

— Не было случая сказать, — ответила Кэтрин. — Ты же все время смотришь игру.

На его лице появилось озабоченное выражение.

— Дорогая, извини! Я не думал, что ты против. — Он нашарил возле себя пульт управления и выключил телевизор.

— Не надо! — запротестовала она. — Я хочу послушать новости.

— Да, конечно. — Кэллум снова включил телевизор, но уменьшил звук. Потом взял ее руки в свои. — Ну так в чем дело? — мягко спросил он.

— Мы встретились там, на горном склоне. Узнали друг друга. Помнишь, на том ужине, когда он подумал, что я теряю сознание…

— Да, конечно, помню. Естественно, что он не мог тебя забыть. Он ухаживал за тобой?

— Нет! — поспешила ответить Кэтрин. — Он… он знал, что я обручена.

— Надеюсь, ты сказала ему, что я разобью ему нос, если он хоть пальцем дотронется до тебя?

Кэллум при этом улыбался, и она тоже попробовала улыбнуться.