У нее вспотели ладони, лоб и подмышки.

— Когда ты узнаешь, как вызывать властелина тьмы, — проговорил он с призрачной улыбкой, — То тоже получишь все, что желаешь.

— Нет, — прошептала она, — я никогда этого не сделаю.

— Твои жалкие средства не помогли тебе осуществить месть, которой ты жаждешь, — напомнил он. — Несмотря на все твои усилия, ты до сих пор не знаешь, кто задумал и осуществил заговор против твоего деда, ведь так?

Когда она не смогла ответить, он снова наклонился и проорал ей в лицо:

— Не знаешь?

Она сглотнула и покачала головой.

— А я знаю. — Он выпрямился и заговорил спокойнее. — Человек, которого ты ищешь, использовал всевозможные ухищрения и множество посредников. И хотя многие купцы были в курсе заговора, только трое знали, кто дергает за веревочки. Поэтому когда ты явилась в Лондон и начала задавать вопросы, он преспокойно оставался в тени и выжидал.

Линнет не могла удержаться, чтобы не спросить:

— А кто те трое, которые знают его?

— Леггет, Мичелл и олдермен Арнольд.

Неудивительно, что негодяй чувствует себя в безопасности. Леггет мертв, Мичелл ненавидит ее за то, что вогнала его в долги, а олдермен боится потерять свое место, если раскроется его участие во всем этом.

— Другие знали лишь кусочки и обрывки, но боялись говорить, — продолжал Помрой. — Кроме того, ты чужестранка, близко связанная с королевой. Вас обеих подозревают в том, что вы шпионите для дофина.

Глаз Помроя задергался, и он неприятно улыбнулся:

— Но когда ты пошла к Глостеру, моя дорогая, это все изменило. Глостер задал несколько вопросов. У этого купца появилась веская причина опасаться, что скрытые нити будут обнаружены, соединены вместе… и приведут к его двери. И он вручил мне тебя на блюдечке.

Линнет облизнула губы.

— Как… как он узнал, что ты хочешь меня?

— Скажем так: у нас есть общие знакомые. — Глаз его снова задергался. — Но я разделаюсь с тем, кто отдал тебя мне, как змея, которая жалит себя в хвост, ибо твои враги теперь будут моими врагами.

Она снова перекрестилась. «Мария, Матерь Божья, защити меня».

— Кое-кто из моих братьев и сестер тьмы недоволен моим решением похитить тебя. Они боятся, что твое исчезновение привлечет к нам внимание.

Неужели Элинор Кобем — одна из них? Не потому ли она предостерегала ее?

— Другие хотели использовать тебя в качестве человеческой жертвы, но я отказал им. — Голос Помроя неуклонно повышался, наполняя маленькую комнату. — Ибо ты предназначена быть моей невестой тьмы, моей богиней.

Он безумец.

Она говорила себе, что если бы он намеревался изнасиловать ее, то сделал бы это сразу, как только пришел. Прикованная к постели, она вряд ли смогла бы дать ему отпор. Он говорит о том, что она будет невестой. Может, желает какого-то обряда своего рода, чтобы оправдать эту подлость?

— Я никогда не буду твоей невестой, — возразила Линнет.

— А я говорю, что ты достойна, — сказал он, и глаза его вспыхнули странным светом. — Даже я не видел твоей особой силы вплоть до последнего времени. Но теперь я вижу. Я наблюдал, как ты преследовала своих врагов, и понял, что мы одной крови.

— Я не такая, как ты.

— Разве? Что двигало тобой? Любовь? Милосердие? — Он неприятно хохотнул. — Нет, тебя переполняет ненависть, как и меня.

Но она ведь любит. Она знает совершенно точно, что отдаст жизнь, чтобы защитить Джейми или Франсуа.