— Да услышит вас Бог! — сказала Арманда. — Я не смею на это надеяться. Разумеется, Сабина и Жильбер и не думают теперь о свадьбе. Когда Ролан отправился на войну, а Даже получил приказание сопровождать короля, Сабина также захотела ехать. «Так как брат мой хочет умереть, — говорила она, — я хочу быть с ним до последнего часа; если его принесут раненого, я хочу ухаживать за ним и принять его последний вздох».

Решимость Сабины непоколебима. Жильбер был в отъезде. Он не отказывается от надежды и говорит, что не узнал в трупе, найденном в Сене, свою сестру, и теперь прилагает силы, чтобы отыскать ее. Сабина уговорила меня поехать с ней. Она была больна и опечалена, ей нужны забота и утешение… Я все бросила и поехала с ней.

— Ах, какая же вы добры! — с волнением сказала Нанон. — Позвольте мне поцеловать вас. — И она поцеловала Арманду.

— Вы знаете, — сказал Фанфан Тюлип, — если вам понадоблюсь когда-нибудь я или кто-нибудь из моих людей, скажите лишь слово, и мы готовы ради вас дать себя разрубить на части.

— И все мы! — прибавил Бель-Авуар.

— Но где же несчастная Сабина? — спросила Нанон.

— Она осталась в Сент-Амане. Она так больна, что не смогла продолжить путь. Я хотела остаться с ней, но она слезно умоляла меня следовать за армией, чтобы повидаться с ее братом. «Вы узнаете, когда будет сражение, — сказала она мне, — поклянитесь, что дадите мне знать накануне. Я вам доверяю. Я буду беречь себя и отдыхать до тех пор». Я дала клятву, которую она требовала. «Мой отец приедет послезавтра с королем, — прибавила она, — и я его увижу. Если я буду здорова, он привезет меня к вам, если нет, останусь здесь, но вы следуйте за армией и ежедневно встречайтесь с Роланом».

Я обещала сделать все, о чем она просила, и поехала с моей подругой Урсулой и ее мужем. Мы выехали сегодня ночью из Сент-Амана.

— Жаль, что этот молодой человек не служит в нашей роте! — сказал Тюлип.

— Бедный молодой человек! Бедные девушки! Бедное семейство! — сказала Нанон с горестным выражением.

В эту минуту в долине послышался звук барабанов и труб.

— Трубят сбор. Нам пора отправляться дальше! К счастью, мы уже пообедали, — сказал сержант.

Солдаты встали; время привала кончилось, и вся армия опять отправлялась в путь. Однако поезд военных комиссаров еще не тронулся, он должен был ждать, пока пройдут полки. Рупар подошел к жене.

— Желаю вам счастья! — закричал сержант. — А после сражения мы позавтракаем вместе.

Нанон пожала руку Арманды и еще раз поцеловала молодую женщину.

— Я маркитантка французских лейб-гвардейцев, — сказала Нанон, с нежностью смотря на Арманду, — если я могу быть чем-либо полезной бедной молодой девушке или ее отцу, полагайтесь на меня, как на саму себя! Слышите? Во время сражения я могу быть вам очень полезна.

— О да! — сказала растроганная Арманда.

— Я расскажу о вас маркитантке гренадеров, она моя приятельница, притом гренадеры и лейб-гвардейцы всегда сражаются рядом.

— Вы понаблюдаете за Роланом во время сражения?

— Обещаю вам. Я прежде увижусь с вами и отведу в такое место, где вас смогу тотчас найти в случае, если он будет ранен.

— Позвольте еще раз поцеловать вас, — сказала Арманда со слезами на глазах.

— От всего сердца!

Обе молодые женщины обнялись и поцеловались с волнением.

— Садись, Арманда, — закричала Урсула.