– Рука болит.

    – Главное, что живой, – философски заметил Козма, проводя ладонью по лицу Ги. Тот закрыл глаза и ровно задышал.

    Стелла тем временем закончила печь лепешки из пресного теста, сложила их стопкой на чистой тряпице. Туркополы дружно встали и пошли к костру. Каждый брал лепешку из стопки, ножом вылавливал из казана куски вареной баранины, бросал их на хлеб и отходил в сторону. Неожиданно из развалин появился Роджер. Он тоже взял хлеб с мясом и сел есть. Стелла выхватила из кипящего бульона часть бараньей ноги, завернула ее в лепешку и понесла Козме. Он принял, поблагодарив.

    – А Иоаким? – спросила Стелла, кивая на спящего.

    – Успеет, – хмыкнул Козма. – Или не хватит?

    – Хватит!

    – Присядь! – пригласил Козма и перекинул еду из одной руки в другую. – Пусть остынет.

    Стелла покосилась на Иоакима и присела.

    – Ты ловко управляешься! – похвалил Козма. Он отщипнул кусочек мясо, бросил в рот. – Вкусно!

    – Мама научила, – вздохнула девушка.

    – Готовишь, сочиняешь стихи, играешь на сазе, – стал перечислять Козма. – Что еще? Читать умеешь?

    – И писать.

    – На латыни?

    – Еще греческом и армянском. Мама моя армянкой была, а папа – лангобард. Первый муж мамы был грек, мои братья от него. Муж умер, и мама вышла замуж за папу, его земли рядом были. Он только приехал селиться. Увидел маму… Это папа меня Стеллой назвал, говорил, что утром, когда я родилась, в небе стояла большая звезда. Папа учил меня стрелять из лука и арбалета, даже мечом владеть. Говорил, пригодится. А братья смеялись… – Стелла всхлипнула.

    Козма осторожно привлек ее и погладил по голове. Стелла уткнулась ему лицом в грудь.

    – Ты красишь волосы! – вдруг удивленно воскликнул Козма. – В черный цвет? Корни рыжие…

    – Мама говорила, что рыжая – это некрасиво, – смущенно ответила Стелла, отстраняясь. – Замуж рыжую не возьмут! А папа смеялся: женихи будут в очереди стоять… Я вся в него.

    – И конопушки есть! – подтвердил Козма, присматриваясь. – Как я раньше не заметил!

    – Это плохо? – встревожилась Стелла.

    – Это замечательно! Я знаю рыцаря, который от рыжих волос и конопушек у женщины, просто тает!

    – У тебя есть дети? – спросила Стелла.

    – Двое. Дочка твоих лет. Дите… – Козма погрустнел. – Я хочу спросить: как ты решилась раздеться? Там, на башне…

    – Господин сказал: делай, что хочешь, но стража должна смотреть вверх! Я и делала.

    – Не боялась? Они могли выстрелить.

    – Не стали бы. Я знала, что им нужно.

    – Откуда?

    – Когда они вывели меня из дома, то сразу сорвали одежду, – сухим голосом сказала Стелла. – Сарацины собрались вокруг, каждый хотел меня пощупать… Они совали свои пальцы во все места… Некоторые спустили штаны, семя их брызгало мне на ноги, а они смеялись… Они стали спорить, кто будет первым. Я выхватила свой нож и ударила одного в живот! Он закричал… Они зарубили б меня, но тут пришел их старший…

    – Будет, будет, – погладил Козма девушку по плечу.