— Ты уже ощипал ее, как цыпленка, — с удовлетворением заметил его работодатель.

— Я могу еще больше облегчить вес, — уверенно заявил Мистраль.

— Нет, не можешь. От нее и так уже остались кожа да кости.

— Нет, могу. Уменьшу количество лопастей. Из восьми сделаю четыре. Четырехлопастной вентилятор весит вдвое меньше, а охлаждает точно так же.

— Боже милостивый! — схватился за голову Сильвано. — Такого даже я не смог бы придумать!

Впервые увидев Мистраля в Чезенатико, он сразу понял, что малыш просто пропадает в этой дыре. Теперь ему пришло в голову, что, пожалуй, и его собственная мастерская слишком тесна для этого мальчугана. Моторы были у Мистраля в крови.

Через месяц «болид» был готов.

— Ну, вот тебе перышко, я свое слово сдержал, — сказал Мистраль, передавая машину Гвидо. — Ты ей только скомандуй «вперед», и она понесет тебя, как ветер.

— Что ты с ней сделал? — с любопытством спросил владелец.

— А вот уж это секрет фирмы, — вмешался Сильвано. — Наши маленькие хитрости.

— Ты только сядь за руль и ласкай ее, как любимую женщину. Лучшую в твоей жизни, — посоветовал Мистраль.

— Еще чего не хватало! Механик будет меня учить, как баранку крутить! — обиделся Гвидо.

— А почему бы и нет, если на кону стоит твоя «Альфа»? — возразил Мистраль без тени улыбки. — Ты обращаешься с машинами как с дешевыми девками, — продолжал он, решив, что хороший урок не помешает. — А у них есть душа, неужели ты не понимаешь? Да знаешь ли ты, что, побывав в Маранелло, Росселлини сказал: «Самое большое наслаждение в жизни мне дала не женщина, а суперлегкая модель «Феррари». Услыхав это, его жена Ингрид Бергман просто заплакала.

— Давай не будем отклоняться от темы, — оборвал его Гвидо. — Языком молоть все мастера. Ты сам-то хоть раз участвовал в гонках?

— Много раз. В картинге и в мотокроссах. Я не мог себе позволить приобрести машину. Но в твой «болид» я вложил все, чему научился у Сильвано. Хотелось бы испытать его вместе с тобой, — предложил Мистраль.

— Ты учти, Мистраль на мотоцикле приходил первым! — крикнул им вслед Сильвано, пока они садились в машину.

— Это правда? — спросил Гвидо, заводя мотор.

— Да так, пару раз, — скромно потупился Мистраль. — К тому же это были местные гонки.

Они выехали из города и покатили по сельским дорогам. Машина летела как ракета. Пилот ощущал ее вибрацию и сам дрожал вместе с ней.

— Ты слишком сильно гонишь на поворотах, — предупредил Мистраль. — Вот видишь? Тебя начинает заносить, ты врезаешь по тормозам, покрышки летят к черту. Стерлинг Мосс говорил, что пилот должен уметь выравнивать повороты, превращая их в головокружительную прямую. Это очень верные слова. Для каждого виража есть своя идеальная траектория. Ее надо чуять нутром. Но вообще-то это целая наука, и тебе придется ей учиться, — Мистраль пытался вдолбить в голову Гвидо то, что видели его собственные глаза и ощущали его ноги. Гвидо вдруг резко затормозил прямо перед поворотом и остановил машину.

— Вылезай! — заорал он.

Мистраль от неожиданности утратил дар речи. В глазах Гвидо полыхала бешеная злоба.

— Вылезай, — повторил он, отстегивая предохранительный ремень Мистраля.