— В соревнованиях по «Формуле Монцы» участвовать будешь ты. На моей «Репетто» напишем название трикотажной фабрики моего папаши. Он моторы терпеть не может, но реклама есть реклама, в этом он знает толк. Как тебе такой план?

— Знаешь, ко мне вернулось хорошее настроение. И когда же мы встретимся с твоим отцом?

На следующий день в мастерской появился доктор Спада. Он начал издалека, посокрушался, что ему уже не двадцать лет, сказал, что хоть и выбрал себе замечательную профессию, при этом пришлось пожертвовать другой, которую он любил еще больше: автомобильным спортом.

— Я не решился пойти на риск, понимаешь? — признался он. — Но так и не смог излечиться от этой страсти, она все еще меня точит в глубине души. Поэтому я сказал себе: то, чего не смог добиться я, сможет сделать парень вроде тебя. У тебя есть желание стать гонщиком и есть способности, но нет денег. Я нашел тебе спонсора. Это мой пациент из Пармы. Его фамилия Маливерни, у него колбасная фабрика. Он тоже сходит с ума по гонкам.

Лицо Мистраля осветилось улыбкой, растянувшей рот от уха до уха.

— У меня уже есть «болид» для участия в «Формуле Монцы», — объявил он.

4

— Я тебя одного не оставлю, — сказал Сильвано.

— Два года назад ты клялся, что не поставишь ни лиры на мое будущее в качестве гонщика, — усмехнулся Мистраль.

— Только дураки упорствуют в своих ошибках.

— У тебя на все готов ответ.

— Годы и страдания делают человека мудрым. Позволь мне сопровождать тебя в Монцу.

— Я поеду один, — решительно ответил юноша, и Сильвано понял, что настаивать бесполезно.

— Думаешь, не выдержит? — Он прижал руку к груди на уровне сердца.

— Да ты здоровее меня! — торопливо соврал Мистраль. — Нет, дело не в этом. Просто я хочу быть один. Я даже друзьям ничего не сказал.

Сильвано сделал несколько шагов к дверям, но потом обернулся:

— Тебе страшно.

— С чего ты взял?

— Иногда все кажется таким простым, а как приглядишься поближе, оказывается ужасно сложным. Когда наступает великий момент, испытывать страх совсем не зазорно.

— Ты все правильно угадал, Сильвано. Мне страшно. Когда я гонял на мотоциклах, это было просто детской забавой. А теперь люди вкладывают в меня деньги. И все это будет в Монце, а не где-нибудь. Разве можно сравнить автодром в Монце с проселками у нас в Чезенатико?

Мистраль был охвачен целой бурей противоречивых мыслей и чувств.

— Не беспокойся, — посоветовал Сильвано, протягивая ему конверт.

— Что это? — спросил Мистраль.

— Деньги. И ради бога, доставь мне такое удовольствие, возьми их тихо и мирно, если не хочешь, чтоб я тебя придушил. — Сильвано твердо решил помочь юноше, и Мистраль не стал спорить, понимая, как это важно для них обоих.

— Спасибо, — сказал он тихо.

— Вот теперь я вижу, что ты созрел для гонок, — с гордостью заметил Сильвано.

Мистраль мысленно взмолился, чтобы его наставник оказался прав. Он хотел спросить, откуда у Сильвано взялась такая уверенность, но почувствовал, что лучше не затрагивать эту тему.

— Что касается этих людей, которые тебя финансируют, — продолжал Сильвано, — как бишь их теперь называют? Ах да, спонсорами, вот как. Так вот, попомни мои слова: можешь на этих типов положить с прибором. Они не добренькие дяденьки. Они кровопийцы. Настоящие пираты. Они тебе предложат выписать счет, где будет проставлена вдвое большая сумма, чем они в действительности на тебя потратили.