Ему было легче сделать вид, будто все именно так и задумано.

– Вы наконец поняли? – мрачно проговорил он, повернулся и зашагал по мосту.

С этой кризисной ситуацией Мима справился. Но сделал ли он это в соответствии с четким планом и осознанно или просто кое‑как довел дело до конца, ошибаясь и путаясь? Все‑таки ему еще очень многое предстоит узнать о Пути Стратегии!

Отряд продвигался вперед по направлению к ферме. Мима теперь знал, что это было подразделение убийц, тайно ликвидировавшее лиц, выступавших против политики правительства; об этом он уже читал в период своих военных занятий. Тысячи и даже десятки тысяч людей были уничтожены таким образом, однако, вместо того чтобы укрепить правительственный режим, это лишь порождало ответную реакцию, вылившуюся в полномасштабную партизанскую революцию. Правительство воевало со своим же народом и пало бы давным‑давно, если б не щедрая поддержка со стороны могущественных внешних сил.

Мима не одобрял терроризм как со стороны правительства, так и против него. Если правительство пользовалось подобными методами, то Мимины симпатии были на стороне оппозиции.

Впрочем, в его работу не входило определять политическую систему государства или методы, на которых зиждилась власть. Его работой был надзор за насилием, возникавшим в результате.

Хотя, возможно, он мог бы несколько переориентировать свои обязанности. Ведь ему удалось коренным образом изменить ход войны между Вавилонией и Персией; а нельзя ли здесь упразднить карательные отряды?

Но как это сделать, если не брать в расчет устранение еще одного главы государства. Мима не знал. А если он сам пойдет по пути ликвидации, то чем будет отличаться от этих «эскадронов смерти»? Решение было не из легких.

Теперь отряд находился уже возле самой фермы. Собаки учуяли их и залаяли. Солдат достал из пакетика куски мяса и разбросал по земле. Плохо обученные псы остановились, стали его есть и через несколько мгновений лежали замертво. Приманка, разумеется, была отравлена.

– Сегодня он должен быть дома один, – сказал грамотный каратель. – Жена ушла на большой праздник.

Мима не понимал, что это за торжество; оно было слишком тесно связано с совершенно чуждыми ему культурными ценностями.

– На всякий случай, чтобы без промаха, – сказал командир, – окружим дом. Я войду спереди; а вы будьте наготове, если он попробует ускользнуть через задний ход.

Они разделились. Но когда командир подошел к дому, в дверях показалась женщина. Мимин «носитель» даже вздрогнул от неожиданности. Мима прочитал его мысль: разведка ошиблась. Жена осталась дома. Все осложнялось, и придется ее тоже убить. За это надо потребовать дополнительную плату.

Женщина скрылась в доме, захлопнув дверь. Хозяин ринулся за ней, понимая, что время сейчас решает все. Ему необходимо поймать и убить женщину, потому что его трусоватые помощники не захотят этого делать. Он не мог допустить, чтобы она убежала и потом опознала убийц; это поставило бы в неловкое положение их работодателя, предпочитавшего анонимность.

Командир ударил сапогом в тонкую дверь, которая рухнула внутрь. Перешагнув через нее, он вошел в дом. Женщина говорила по телефону.

Телефон! Еще одна важная деталь, которую упустила разведка! Если бы он о нем знал, то, прежде чем приблизиться к дому, перерезал бы провода. Эту помеху нужно было обязательно устранить. А сейчас уже поздно; она сделала звонок.

Он прыгнул вперед и вырвал у нее трубку. Женщина закричала и отшатнулась от него. Солдат бросился на женщину и схватил ее шаль. Та развязалась, он ее бросил и схватил снова, на этот раз за кофту. Женщина попробовала вырваться, и кофта разорвалась, обнажив ее грудь.