– Лады, но идея тупая, – обреченно согласился Карпин, отжимая предохранитель ППШ.

– Чем богат, – Зотов пошел навстречу, прикидывая варианты развития событий от плохого к очень плохому. Руки снова дрожали.

   Из темного ельника вынырнули двое. В кустах явно больше. Зотов именно так бы и поступил, нарисуйся среди партизанского леса мутные типы, требующие командира отряда. Ребята примерно одного возраста – под пятьдесят. Один  постарше, среднего роста, с жесткой щеткой усов, в сапогах, галифе и обычномгражданском пиджаке. Второй подтянутый, стройный, в офицерской двубортной шинели без знаков различия, портупее и фуражке с малиновым околышком и ярко-красной звездой. В войсках такие звезды в прошлом году заменили на зеленые, отказались от довоенного франтовства. Первый напоминал бухгалтера или ветеринара, второй человека военного, но Зотов никогда не доверял первому впечатлению. Сплошь и рядом милейший человек оказывается хладнокровным убийцей, а угрюмый здоровяк со лбом питекантропа самымсердечным в общении мужиком.

Они остановились в паре шагов, пристально изучая друг друга. Гражданский не выдержал и спросил:

   – Вы от Николая Степановича, стало быть?

   – Николай Степанович просил передать: в Твери отличная погода, с апреля дожди, – сообщил условленную фразу Зотов и замер, чуть покачиваясь на каблуках. Ответ все решит – отзыв или попытка захвата. Руку в кармане свело.

   – Пора привыкать, Тверь - край дождей и тумана, – по слогам проговорил усатый и неуверенно улыбнулся.

Зотов выдохнул. Фух. Свои. Неужели дошли?

   – Здравствуйте, товарищ, – поприветствовал усатый, протягивая ладонь.

   – Здравствуйте, товарищи партизаны! Минуточку, один неловкий момент! – Зотов, нарочито медленно, вытащил руку из кармана с зажатой в побелевших пальцах, взведенной гранатой. Партизаны заметно струхнули и шагнули назад. Человек в форме шумно сглотнул.

– М-мать, – ахнул партизан в пиджаке.

   – Вы меня простите великодушно, – извинился Зотов. – Есть тут перестраховщик один, велел подорваться в случае чего. Страшный человек. Вы уж войдите в положение. Времена-то нынче какие? Ну не мне вам рассказывать.

Он вставил чеку на место, загнул усики и спрятал лимонку. Напряжение спало.

    – Моя фамилия Марков, Михаил Федорович, – представился штатский. – Командир партизанского отряда «За Родину», это начальник штаба майор Лукин, Владимир Алексеевич. Нас предупреждали радиограммой. Вы товарищ Зотов?

   – Он самый! Виктор Павлович, – отрапортовал Зотов, пожимая сильные, сухие ладони, обернулся и призывно махнул. На опушке полянки, словно из ниоткуда, встали разведчики.

   – Лейтенант Карпин, – представил сопровождающего Зотов.

   – Здравствуйте, устали поди? – посочувствовал Марков, – Ничего, устроим вам отдых. Мы, если честно, боялись, думали не сыщете нас. Прошу за мной.

   – Мы разведка, кого хочешь найдем, – хмыкнул Карпин, двигаясь по едва заметной тропе.

   Из тени выступили десяток партизан, беря гостей в кольцо и со скрытой завистью поглядывая на вооружение и снаряжение разведгруппы. Сами одеты кто во что горазд, в живописную смесь гражданской и военной одежды. Большинство с винтовками, у двоих немецкие пистолеты-пулеметы МР-40 и стандартные брезентовые подсумки под три магазина.

   – Что с явкой на хуторе? – спросил Зотов.