– Янссен, давайте подумаем. С чемоданом и с изобличающим портфелем он вышел из такси на Лютцовплац. Он не попросил таксиста доставить его прямо до места, вероятно, потому, что занес багаж туда, где поселился, а сюда приехал с другой целью. С какой? Что-то доставить, например портфель? Или забрать кого-то или что-то? Он был в Олимпийской деревне, в Дрезденском проулке, в «Летнем саду», на Розенталерштрассе, на Лютцовплац, а теперь здесь. Интересно, что связывает эти места?

– Не стоит ли осмотреть все магазины и лавки?

– По-моему, нужно обязательно. Но знаете, Янссен, лишение пищи – проблема серьезная. У меня голова кружится. Давайте сначала проверим кафе и одновременно раздобудем еду для себя.

В плену ботинок пальцы ног Коля скрючились от боли. Ягнячья шерсть сдвинулась, ноги снова пронзила острая боль. Инспектор кивнул на ближайшее заведение, у которого они припарковались, – на кафе «Эдельвейс», и они с Янссеном вошли внутрь.

Кафе оказалось грязным. Некоторые посетители отвели глаза – так обычно встречают чиновников. Детективы оглядели обеденный зал: вдруг любитель «Мужской одежды Мэнни, Нью-Йорк» сидит здесь, и Коль предъявил официанту удостоверение. Тот мигом вытянулся по струнке:

– Хайль Гитлер! Чем я могу помочь?

Коль сомневался, что в прокуренной забегаловке кто-то занимает должность главного официанта, поэтому попросил управляющего.

– Да, майн герр, я сейчас приведу герра Гролле. Пожалуйста, присядьте за этот столик. Если желаете выпить кофе или перекусить, пожалуйста, дайте мне знать.

– Мне кофе и яблочный штрудель, двойную порцию. А моему коллеге?.. – Коль поднял брови и посмотрел на Янссена.

– Только кока-колу.

– Подать к штруделю взбитые сливки? – спросил управляющий.

– Разумеется! – ответил Коль таким тоном, словно считал штрудель без сливок кощунством.

– Что он нам расскажет? О местонахождении Эрнста?

– По его словам, Геббельс хочет знать, когда высшие официальные лица появятся на публике. Мол, он решит, стоит ли посылать фотографа или съемочную группу, чтобы заснять происходящее. – Морган невесело рассмеялся. – Захочешь так посмотреть «Мятеж на „Баунти“», а тебе и мультфильма про Микки-Мауса не покажут без нудного двадцатиминутного ролика о Гитлере с младенцами на руках или о Геринге в нелепой форме, вышагивающем перед тысячей работников Имперской службы труда.

– Эрнст относится к высшим официальным лицам?

– Очень на это надеюсь. По слухам, полковник не выносит пропаганду, ненавидит и Геббельса, и Геринга, но научился играть в игры. Если не умеешь играть в игры, сегодня и сейчас успеха в правительстве не добиться.

Они приблизились к кафе «Эдельвейс», и у самого входа, на обочине возле статуи Гитлера Пол заметил дешевую черную машину. Похоже, Детройт не утратил преимущества над немецкой автомобильной промышленностью. Пол видел в Берлине и красивые «мерседесы», и «БМВ», но большинство машин были вроде этой – обшарпанные ящики на колесах. Когда вернется в США и получит десять тысяч, он купит машину своей мечты – блестящий черный «линкольн». В самый раз для красотки Марион!

Внезапно захотелось пить. Пока Морган звонит, Пол решил занять столик. Кафе специализировалось на кофе и сладкой выпечке, но в жару ни того ни другого не хотелось.

«Нет, – решил Пол, – лучше продолжу знакомство с немецким пивоваренным искусством».