Удача улыбнулась детективам, лишь когда они добрались до булочной напротив парка, скрытой в тени статуи Гитлера. Полный булочник в несвежем белом фартуке сказал Колю, что видел, как примерно час назад на другой стороне улицы остановилось такси. По словам булочника, такси здесь – явление редкое, местным жителям не по карману, а из других районов сюда приезжать незачем, тем паче на такси.

Булочник заметил, как крупный мужчина с зачесанными назад волосами выбрался из машины, подошел к статуе, немного посидел на скамейке и ушел.

– Как он был одет?

– В светлое. Я плохо разглядел.

– Что-то еще заметили?

– Нет, майн герр. У меня был покупатель.

– Тот мужчина нес портфель или чемодан?

– По-моему, нет, майн герр.

Итак, предположения Коля подтвердились: подозреваемый остановился неподалеку от Лютцовплац, а сюда приехал по заданию.

– Куда он пошел?

– Не знаю, майн герр, извините.

Слепота, ну конечно… По крайней мере, детективы получили подтверждение, что их подозреваемый недавно сюда приезжал.

Из-за угла выехал черный «мерседес», притормозил и остановился.

– Ах! – негромко воскликнул Коль, наблюдая, как Петер Краусс выбирается из салона и оглядывается.

Коль понимал, как Краусс его выследил. Устав обязывал инспектора сообщать дежурным, когда он отлучается из «Алекса» в рабочее время и куда направляется. Он думал, стоит ли делиться своими планами сегодня. Впрочем, Вилли Коль не любил нарушать устав и перед отъездом написал: «Площадь Ноября 1923 года» и ориентировочное время возвращения.

– Вилли, я просто район объезжаю, – пояснил Краусс, кивнув в знак приветствия. – Хочу знать, как продвигается расследование.

– Какое еще расследование? – из чистой вредности уточнил Коль.

– Убийства в Дрезденском проулке, разумеется.

– Ну, похоже, ресурсы нашего отделения подтаяли, – посетовал Коль и сухо добавил: – По неведомым причинам. Но мы считаем, что подозреваемый недавно приезжал сюда.

– Я обещал тебе связаться с партийными информаторами. Рад сообщить: моему информатору доподлинно известно, что убийца – иностранец.

Коль достал блокнот и карандаш.

– Как зовут подозреваемого? – спросил инспектор.

– Он не знает, – ответил Краусс.

– А по национальности?

– Он не уточнил.

– Так кто твой информатор?

– Этого я раскрыть не могу.

– Петер, я должен его опросить. Вдруг он свидетель?

– Он не свидетель. У него собственные каналы…

– …тоже не раскрываемые.

– Именно. С тобой я делюсь, чтобы порадовать: твои подозрения подтвердились.

– Мои подозрения? – переспросил Коль.

– Ну, что убийца не немец.

– Я такого не говорил.

– Кто вы? – спросил Краусс, повернувшись к булочнику.

– Инспектор расспрашивал меня о человеке, которого я видел.

– О подозреваемом? – спросил Краусс Коля.

– Возможно.

– Ты молодец, Вилли. Мы в километрах от Дрезденского проулка, а ты выследил подозреваемого до этой дыры. – Краусс глянул на свидетеля. – Он помогает?

– Майн герр, я ничего не видел, – дрожащим голосом проговорил булочник. – Практически ничего. Только как мужчина выбирался из такси.

– Где был тот человек?

– Я не…

– Где? – прорычал Краусс.