— Думаешь, на суше у нас получится не хуже?

— Уверен, что лучше! — заявил он без тени сомнения.

Бет заснула, положив голову на плечо Нэша. Он смотрел на нее и не мог насмотреться. Такая страстная и раскрепощенная. Такая решительная и в то же время нежная. Со взглядом, горящим вызовом и неистовством, с улыбкой — открытой и загадочной! Потрясающая женщина! Нэш в первый раз встретил такую. А ведь он чуть было ее не оттолкнул.

Холодный страх сжал сердце. Ее нельзя потерять. В жизни и так было слишком много потерь. Никто не знает, что будет дальше, но они должны быть вместе. И он для этого сделает все.

Бет шевельнулась, открыла глаза и улыбнулась.

— Привет!

Он легонько ущипнул ее за нос.

— Привет. — Помолчал, потом заглянул в глаза. — Как себя чувствуешь?

— Жарковато, надо бы разориться на кондиционер.

— Бет…

— Что конкретно ты хочешь знать? — прямо спросила она.

— Ты ни о чем не жалеешь?

— Нет. — Она нахмурилась; во взгляде промелькнула тревога. — Разве что… я не предохранялась. Период сейчас безопасный, но все же…

Вчера Нэш был настолько поглощен страстью, что и не вспомнил об этом.

— Прости меня, я поступил глупо и безответственно.

Она села, откинувшись на спинку кровати.

— Мы оба виноваты. Но нас… Мы уже не могли бы остановиться.

Нэш гоже сел. Бет явно хотела уйти от разговора, но он твердо решил, что между ними не будет никакой недосказанности.

— А если бы забеременеешь?

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Пока я не собираюсь заводить ребенка. Жизнь только начала налаживаться, и у меня другие планы.

У Нэша внутри все сжалось. Но тут Бет продолжила:

— Однако, когда я увидела Шэннон с ее ребятишками… В общем, надеюсь, что сумею любить своего ребенка так, как папа с мамой любили меня.

От сердца отлегло. Да, придет время и Бет захочет ребенка. И будет хорошей матерью. Он не сомневался. Заметив ее нерешительность, Нэш подвинулся ближе.

— А я хотел бы быть отцом — и не только по названию… — Разговор становился слишком серьезным, а сейчас совсем не хотелось ни о чем задумываться. — Ты такая соблазнительная… Может, поедем ко мне, а по дороге заскочим в аптеку?

Бет приняла глубокомысленный вид, хотя и так было ясно, что она жаждет того же.

— Тем более что у тебя есть кондиционер.

— Скажи, тебя привлекает только кондиционер? — усмехнулся Нэш, проводя рукой по ее боку.

— Не щекочи! Ужасно боюсь щекотки. — Бет подтянула колени к груди.

— Тогда я сделаю то, что тебе нравится.

— Ага, — улыбнулась Бет, — но для этого нам надо скорее заехать в аптеку.

Нэш рассмеялся и крепко поцеловал ее в губы.

Бет отправилась в ванную, а Нэш оделся и решил подождать в гостиной. По дороге он выгреб из почтового ящика пачку писем и газет. Взгляд случайно упал на большой белый конверт. Письмо было из Вирджинии… от Джона Г. Уинстона!

Весь день Бет чувствовала себя отвратительно. Письмо не давало покоя. Наконец она ухитрилась остаться одна — притворившись, что хочет пить, отправилась на кухню.

Осторожно выглянув в окно, она увидела Вейна, Нэша и мальчишек, гоняющих мяч, и Шэннон, наблюдающую за игрой. Вынув из кармана конверт, вскрыла его.

«Дорогая Кати,

я получил твой последний чек и надеялся, что найду там же записку, хотя бы пару строк. Ничего не нашел, но все же не теряю надежду, что когда-нибудь ты меня простишь.