— Надо думать, — мягко произнесла Мэри.

Он заерзал на скамье.

— Не могу понять, как ваша дочь позволила втянуть себя в эту историю.

В лучах заходящего солнца, проникающих сквозь высокие окна, волосы Мэри приобрели тот же мягкий рыжеватый отлив, что и локоны Бет.

— Это очень сложно. Но раз вы хотите, чтобы Бет рассказала все сама, то почему бы вам не спросить у нее напрямую, а не строить догадки и предположения?

Нэш неопределенно пожал плечами.

— Не хочу на нее давить. Подожду, пока она поймет, что со мной можно быть откровенной.

Мэри задумчиво покачала головой.

— Вы затеяли опасную игру, Нэш. Так вы рискуете ее потерять.

Он серьезно кивнул.

— Вероятно, вы правы. В последнее время я много об этом думал.

Мэри промолчала, но ее проницательный взгляд сказал о том, что ему не мешает подумать еще.

Бет проводила родителей до машины, а когда вернулась, Нэш сидел на диване, держа на коленях какой-то сверток и загадочно улыбаясь. Он не обратил никакого внимания на ее озадаченный взгляд.

— Жалко, что твои родители так быстро уехали.

— Папа ужасно не любит надолго бросать свой бар. Он почему-то уверен, что без него там все пойдет кувырком. Но мне кажется, он просто скучает без душевных разговоров. Он обожает болтать с клиентами. — Бет, не удержавшись, указала на таинственный сверток. — Что это?

Нэш улыбнулся еще шире.

— Иди, посмотри.

Бет не заставила себя долго ждать и извлекла из вороха бумаги ярко-малиновый шелковый пеньюар.

— Ой, Нэш, какая прелесть! Но как ты догадался?

Он встал.

— Заметил, что ты обожаешь такие штуки. Мне хотелось сделать тебе подарок. От машины ты категорически отказалась, и я выбрал другую не менее полезную вещь.

Она приложила пеньюар к плечам.

— Хочешь, чтобы я надела его сейчас?

— Давай обсудим этот вопрос в спальне. — Он провел пальцем вокруг ее губ.

Она приоткрыла рот и быстро лизнула кончиком языка его палец. Между ними как будто проскочила искра. Глаза Нэша вспыхнули страстью, у Бет перехватило дыхание. Он обнял ее за талию и повел к двери.

Теперь надо сказать Нэшу о своих планах. Все это время Бет думала и наконец приняла решение. Папа с мамой дали ей неплохой совет.

— Знаешь, мне надо уехать в следующие выходные в Лисбург, решить кое-какие дела. Отправлюсь в субботу и в воскресенье после обеда вернусь.

Нэш напрягся.

— Поедем вместе?

— Нет! То есть я хочу сказать: там мы не сможем общаться. Да и не будет меня всего одну ночь, — сбивчиво проговорила Бет. Господи, почему она так смущается? Это только разбудит его подозрительность.

— Я стану скучать, — сказал Нэш просто.

— Я тоже… Нэш, поверь, мы обязательно вместе съездим к моим родителям. В самое ближайшее время, но…

Нэш задумчиво прищурился.

— Но сейчас тебе надо ехать одной?

— Да.

— Это как-то касается нас?

Под пристальным взглядом Бет почувствовала себя совершенно беззащитной.

— Может быть. Не спрашивай меня ни о чем, хорошо?

— Бет, — выдохнул Нэш едва слышно.

Она умоляюще на него посмотрела.

— Нэш!

— Ну хорошо, хорошо. Никаких расспросов. Сегодня, во всяком случае. — Он обнял ее и прижал к себе. — Сегодня ночью для нас ничего больше не существует. Только ты и я.

11

В субботу вечером Нэш приехал к Шэннон.