Но ведь и им досталось изрядно. Их лица были разукрашены не меньше наших.

Да, рунной силы у них было больше, а вот своей — не хватало. Они не привыкли выкладываться без остатка, не привыкли рисковать жизнями. Не махали веслами по полдня, не выслеживали тварей сутками, не защищали заброшенное поместье на забытом богами острове.

Плосконосый рассказал, что тварей в рунном доме убивают не связанными. По сути, как сражение один на один, вот только сражение в удобных для тебя условиях: на ровной открытой площадке да еще и с опытными наставниками рядом, а не по уши в дерьме, не в лесу, где с любого дерева на тебя может напрыгнуть неведомая тварь, не в море и не в болоте. Ульверы же не умели делать что-то наполовину. Если играть в кнаттлейк, то лишь для победы!

Вокруг поля собрались парни из рунного дома, орали, свистели, подсказывали, как бить, обзывали и нас, и своих же. Хёвдинга мы не замечали до того момента, как он не поймал деревянную чурку на лету.

— Ба, неужто до сих пор никого не убили? — восхитился он.

Я криво усмехнулся, и рот тут же наполнился кровью из разбитой губы. Надо же было так удачно ее порвать — об собственные зубы.

— Фастгер! — рявкнул Сигрёд. — Вылетаешь из ближайшего круга!

— Да и в Бездну! — выдохнул Плоский Нос. — Зато как отлично сыграли.

И рухнул наземь, вытянувшись во весь рост. Уверен, если смыть с его рожи грязь и запекшуюся кровь, носа там вообще не сыскать будет. Энок ему битой с размаху влепил. А вообще хорошие ребята оказались. Не трусы, не подлецы. Значит, не все тут, как тот свинорылый, что нашу тварь втихую заколол.

— Что за круг? — спросил я, усевшись рядом с Плосконосым.

— Да это… Кто будет следующую тварь колоть. Желающих полно, а тварей не хватает, даже за деньги. Потому обычно убивают по кругу. Сначала один, потом другой и так пока обратно к первому не вернемся. Ты лучше скажи, у вас на Севере все такие?

— Какие?

— Наглые, — и хрипло рассмеялся.

Я тоже улыбнулся. Рад был, что не все тут такие гниды, как Дагмар. Маловато опыта, но кишки у Плосконосого наши, северные. Все-таки хорошая кровь дает о себе знать.

Альрик и другие ульверы тем временем затаскивали уже пустые бочки обратно на корабль и закрепляли их возле поднятой мачты. Вепрь осматривал ногу Энока, Сварт негромко пересказывал ему, что тут было.

Легкий удар в спину. Я оглянулся. Тулле. Стоит позади и зубы скалит. Протянул руку, чтоб помочь подняться.

— Ладно. В другой раз доиграем, — сказал я и нехотя встал. — Хёвдинг зовет.

Плосконосый только рукой махнул, больше ни на что сил у него не было.

Уже на корабле Альрик отдал каждому его долю, и доля была немаленькой. За двоих живых скримслов рунный дом отсыпал намного больше, чем заплатили бы на Севере за мертвых. Может, не так уж и плоха была его идея — отправиться в Бриттланд?

Не нравилось только то, что мы сами не сможем расти в рунах.

— Остановимся на три дня в Сторборге. Кому надо — пусть купит одежду или обновит оружие. Затем снова на охоту, нужно успеть до зимы набрать денег.

Это звучало вполне разумно.

— И еще. Мы будем продавать половину пойманных тварей. Вторая половина пойдет на увеличение силы нашего хирда. Распределять буду я, но идти будем по кругу.

— А если кто случайно прибьет? — спросил Видарссон.

— Если случайно, то вылетит на два круга. Если иначе никак справляться не будем, то зачтется в этот круг.