— Жаль, что они напали так далеко — сказал Веслолицый — Думаю, если бы я был поближе к ним, я бы снял одного. И теперь у меня бы была лошадь.

Старому лучнику тяжело давался пеший переход. Впрочем как и остальным. Особенно тем, кто в доспехах. Клепп и вовсе посадил Алкину на плечо, ведьма совсем выбилась из сил. Хорошо что Торвальд взял с собой пару вооруженных рабов, и доспехи и щит Хродвальда сейчас тащил один из них.

— Можешь взять одну из тех что ближе, — проворчал Торвальд, и махнул рукой на сопровождавшего их южанина на кобылке, не лучше северной. Торвальд Большие Объятия устал и злился — Хотя люди короля и знают, что мы на их стороне, но я совсем не уверен что метнули в нас стрелы не люди короля.

— А где Айвен?! — встрепенулся Хродвальд. Он держал Айвена на виду во время высадки, но там началась такая кутерьма, что ярл едва себя не потерял. Люди прыгали в воду, тащили к берегу завернутое в кожу оружие, с кораблей кидали на берег канаты, чтобы вытащить драккары. Хродвальд едва нашел Торвальда, да и то, только благодаря белому флажку с черным вороном, который поднял на копье один из его хирдманов. Хродвальд решил, что в самое же ближайшее время, и он тоже обзаведется знаменем. Это удобно.

— Я его видел на высадке — отозвался Нарви — думаю плетется позади. Могу сходить поискать его.

— Подожди — Торвальд указал на приближающихся к ним всадников. Эти были куда величественнее тех, что их встретили на берегу. Все сверкали броней и все, кроме одного, держали знамена. — Это важные люди. Южные ярлы, что любят сражаться верхом. Тут их называют “кавалеры”, запомните, и назовите их по другому, когда решите оскорбить. Пойдемте, послушаем что за новости они нам привезли.

Знаменосные всадники остановились чуть впереди, и терпеливо дождались, пока настороженные северяне приблизятся к ним. Главным среди тих "кавалеров" оказался Гудфрид Заречный. Он выкрикивал предводителей северян, для передачи приказов короля.

— Когда он в такой богатой кольчуге и в этом шлеме, похожем на ведро, то он выглядит почти как мужчина — ворчал Торвальд, идя к Гудфриду. Он взял Хродвальда с собой. Возможно, даже не его, а Клеппа с его ведьмой. Все же Торвальд был человек осторожный, и не хотел бы оказаться в неприятной ситуации без пары умелых воинов за спиной. Когда они добрались, вокруг Гудфрида уже стояло человек сто, из которых только пять были ярлами. Правда, один из них был Хаконом Черным. И даже тут, куда он пришел один, без своих людей, все сторонились его, оставляя между ним и собой несколько шагов. Словно он обжигал их, как огромный костер. Хродвальд разглядывал отца Эгиля из безопасности толпы. Хакон Черный был похож на обычного человека. Лицо его покрывали татуировки рун, как было принято делать во времена его молодости. Длинная, снежно белая борода была вся переплетена кожаными шнурками с оберегами, и свита в косу, чтобы не мешать в бою. Простая, хоть и добротная секира, такие же броня, щит… Чудовище из саг он напоминал разве что черным шерстяным плащом.

Хродвальд вспомнил десятки историй про Хакона Черного, “худшего из людей”, и заглянув в лицо угрюмого старика, не нашел в нем ничего, что бы могло их подтвердить. Как однажды сказал Брагги “Люди любят видеть то, чего нет, но часто не замечают очевидного”. В Хаконе не было ничего странного и пугающего, кроме пустоты вместо сердца.

— Король велит вам проследовать прямо, вдоль реки, пока не увидите врага.