— Вперед! На верх холма! Что вы встали тут, придурки! — тут же заорал Торвальд. Хродвальд осмотрелся. И в самом деле, кроме кучи голых трупов южан, Алкины, Клеппа и самого ярла, на месте схватки почти никого не осталось. Алкина молча протянула жезл к Торвальду, и тот изумленно смотрел, как его рана смыкается.

— Это хорошее дело, ведьма — буркнул Торвальд — то есть Алкина. А теперь идите вверх, и помогите мне построить хирд. Битва еще не окончена.

Хродвальд поднялся наверх. На самом верху холма был невысокий, по пояс, забор из редких, вкопанных под уклоном кольев. Судя по перевернутой повозке и убитым лошадям, внутри кольев был лагерь всадников. Людей было слишком много, чтобы укрыться за кольями, поэтому они толпились вокруг. Торвальд поставил щит ближайшего хирдмана, и закричал на его соседей, чтобы они выстраивали стену щитов от него. Торвальд пошел направо, а Хродвальд налево, равняя строй по кругу. Торвальд справлялся лучше, Хродвальд не поставил и двадцать щитов, как Торвальд уже вышел ему навстречу. Бегло глянув на строй, Торвальд отошел в сторону. Хродвальд понял намек без слов, и пошел за ним. Раненая рука старшего брата висела плетью, и было видно что Торвальд избегает её беспокоить.

— Очень больно, когда шевелю — пожаловался Торвальд. Тут же к нему подошла Алкина, и умело соорудила из ремня повязку, которой привязала руку Торвальда к груди.

— Не шевели, если слишком больно — посоветовала она, глотая окончания и путая слова северного наречия. Хродвальд хмыкнул. Если ярлу “слишком больно”, он просто умирает.

Хродвальд оглянулся. Рядом стояли Клепп, Нарви и Веслолицый. Людей Торвальда рядом не было. Хродвальд задумался, будет ли ему польза, если старший брат умрет в этой битве. И заглянул в лицо Торвальда. Тот кивнул на соседние холмы:

— Ну, что скажешь? — Хродвальд не сразу понял, что у него спрашивает старший брат. Зато его неожиданно понял Клепп.

— Наши взяли только два холма из пяти — сказал Клепп.

— Остальных вбили в землю лошади южан — сердито добавил Нарви, и почти перешел на крик — Никто не ушел! Все мертвы!

— Ты лжешь — неожиданно сказал, обычно молчаливый, Веслолицый — Я вижу в траве только три сотни тел. Может четыре сотни, ведь я никогда не видел такой страшной сечи и могу ошибиться. Но среди павших достаточно южан. Сотня Хакона Черного похоже пала вся, это правда. Но остальные могли уйти. Я даже вижу отблески от копий в лесу. Они не бежали к кораблям.

Торвальд подозвал хирдмана со своим флажком на копье. С того времени как Хродвальд видел флаг ворона в последний раз, он стал грязным. В основном, из-за кровавых брызг на нем. Торвальд взял из рук хирдмана флаг, и начал размахивать им над головой. С соседнего холма, где тоже были северяне, ответили тем же.

— Стяги Торбьорна и Гуннара — сказал Торвальд. — Неужели это все кто остался?

— Из лесу вышли люди, и тоже подняли стяги — сказал Нарви.

— Слишком далеко, я не вижу кто это! — раздосадовано сказал Торвальд.

— Все те, кто пришел с нами на это поле — ответил Веслолицый.

— Даже стяги Свена Синего и Грима Барана?! — удивился Хродвальд — Мне казалось эти уже мертвы!

— Да, их стяги тоже есть, — сухо кивнул Веслолицый.

— Может их знаки подняли друзья или родственники — предположил Нарви.

— В любом случае это значит, что большая часть наших еще там, в лесу, — ответил Торвальд — И нам было бы неплохо тоже быть там.