Вскочив на ноги, я заорал:

– Тихий! Что происходит?!

Но сталкер снова не отозвался. Паника и страх впились в душу ледяными, когтистыми лапами. Дыхание участилось. Пот градом стекал по лицу, заливая глаза. Утирая его рукавом куртки, я вертел головой по сторонам. Заметил краем глаза мелькнувший силуэт. Присмотрелся. Темная фигура снова появилась и, подняв руку вверх, призывно махнула мне. Это был Тихий. Обрадовавшись, что напарник наконец-то нашелся, я рванул в его сторону. Но сколько бы я ни бежал, расстояние между нами не уменьшалось. Остановившись, тяжело дыша и не спуская взгляда с фигуры друга, я крикнул:

– Что за хрень?!

Не ответив, напарник повернулся ко мне спиной и зашагал к деревьям.

– Стой! Ты куда?! – воскликнул я, снова побежав.

Споткнулся и упал, впечатавшись лицом в землю. Тут же вскочил и замер на месте. Сердце заколотилось, а по телу побежала мелкая дрожь. На этот раз я очутился посреди огромной долины, залитой зеленой жижей. То и дело на ее поверхности набухали пузыри. Достигая определенного размера, они лопались, противно хлопая и выпуская темные облака газа. Каждый вдох обжигал горло. Закашлявшись, я прикрыл рот и нос рукавом куртки. Опустив глаза, понял, что стою на небольшой кочке, возвышавшейся над этим болотом.

Насмотревшись на ядовитую муть, я поднял голову и осмотрелся по сторонам. Кое-где изредка вспыхивали огненные столбы, которые разбавляли повсеместное хлюпанье гулом. В тот миг, когда очередной поток пламени взмыл ввысь, я заметил напарника. Перепрыгивая с кочки на кочку, он передвигался достаточно уверенно и быстро.

– Тихий! – заорал я, но тут же снова закашлялся.

Сталкер остановился. И снова замахал руками. Его движения выглядели странно. Он то подпрыгивал на месте, то хватался за голову, то тыкал себя в глаза, то складывал из конечностей непонятные фигуры.

«Да он издевается надо мной, что ли?!» – мелькнула мысль, но, присмотревшись, уловил некую закономерность действий напарника. Там, на пустыре, он тоже пытался мне что-то показать, но я не понял, что именно. Хотя и сейчас не особо понимал.

Сталкер остановился, покачал головой, а затем, как на школьных уроках физкультуры, побежал на месте. Снова окинув взглядом местность, заметил кочку, справа, примерно в метре от меня. Перепрыгнув на нее, глянул на Тихого. Теперь он прыгал, хлопая в ладоши.

«Двигаться! Нельзя стоять! Нужно шевелиться! Так вот оно что!» – пришло понимание странных пируэтов, которые выписывал напарник.

Отыскав очередную кочку, прыгнул. Следующая – немного дальше. Приземлившись на нее, отшатнулся, закрыв лицо руками, защищаясь от нестерпимого жара, исходящего от столба пламени.

– Чертов «крематорий»! – выругался я, вспомнив название этой аномалии.

Гул исчез так же неожиданно, как и возник. Стало прохладно и влажно. Подняв голову, я увидел перед собой непроглядную стену тумана. Обернулся на триста шестьдесят градусов. Марево повсюду. Без какого-либо намека на просвет. Кричать бесполезно. Звуки просто отразятся от пелены, и никто меня не услышит. Решил не стоять на месте, а двигаться дальше, но теперь уже наобум.

Совсем скоро куртка насквозь промокла. Комья земли, налипшие на ботинки, затрудняли ход. К тому же кривые силуэты деревьев, неожиданно выплывающие из тумана, здорово портили нервы. Остановившись отдышаться, заметил, что белое марево, окутывающее все вокруг, начало пульсировать, мерцать. Определив точку, где сила всполохов была максимальной, я поднял с земли небольшой камень и бросил его туда.

Ослепленный яркой вспышкой, зажмурился, а затем мощный разряд электрического тока прошил мое тело. Мышцы свело судорогой. Не удержавшись на ногах, я упал с криком от нестерпимой боли.

Стоило открыть глаза, мимо скользнули размытые очертания чьих-то ботинок.